Общение с собой полностью

Тревога филогенетически оформилась и закрепилась в виде психического предвестника возможной боли, сигнала об опасности, которая еще не наступила. Предвидение опасности носит вероятностный характер и зависит не только от ситуационных, но и в очень большой степени от личностных особенностей. Индивидуальные качества играют здесь ведущую роль, то есть уровень тревожности в большей степени определяется личностными свойствами человека, чем реальной ситуацией. Тревога, несоразмерная с вызвавшим ее явлением и событием, препятствует формированию нормального адаптивного поведения, вызывает чрезмерные функциональные сдвиги в физиологических системах организма. Можно сказать, что тревога лежит в основе любых изменений состояния и поведения, вызванных психическим стрессом.

В психологической литературе уже давно дебатируется вопрос о соотношении тревоги и чувства страха. Впервые различие этих переживаний сформулировал для психиатрии К. Ясперс. Оно заключалось, по его мнению, в том, что тревога ощущается индивидуумом вне связи с каким-нибудь конкретным стимулом («свободно плавающая тревога»), тогда как страх связан с совершенно определенным раздражителем. Многие исследователи пытались внести в этот вопрос большую определенность.

Удачные нейрофизиологические опыты на обезьянах (с электрораздражением специальных подкорковых отделов головного мозга), проведенные Джоном Лилли, много продвинули понимание этого явления. Они показали, что, раздражая одно и то же место и последовательно повышая силу тока, можно вызвать три типа реакций, соответствующие трем порогам тревожности. При достижении первого из них появляется настороженность без страха. Для второго характерна реакция страха (со стремлением к бегству). При подходе к третьему порогу формируется реакция паники, при которой целесообразное поведение исключено. Развитие эмоциональных реакций в ряду «настороженность — страх — паника», возникающих при раздражении одной и той же зоны мозга одним и тем же раздражителем, но с увеличением силы воздействия, говорит о том, что это явления одного порядка.

В результате экспериментов советский ученый Ф. Б. Березин выделил целое «семейство» адаптивных состояний так называемого «тревожного ряда», сменяющих друг друга по мере возникновения и нарастания тревоги[78].

В этом ряду им установлены шесть трудных состояний.

Ощущение внутренней напряженности — является началом вышеуказанного «тревожного ряда» и соответствует наименьшей степени тревоги. Напряженность, настороженность, а при достаточной выраженности и тягостный душевный дискомфорт — вот переживания, характерные для первого этапа. Это всего лить сигнал, позволяющий обратить внимание на поиск приближающейся или вероятной угрозы.

Именно на этом этапе, этапе зарождения и развития тревоги, целесообразно заняться поиском ее источника. Разумеется, задача эта решается непросто, однако правильно выбранная методика общения с собой может подсказать оптимальные средства преодоления потенциально опасной или просто неприятной ситуации.

Следующий тип реакций носит название гиперестезические реакции. Суть этого явления состоит в том, что определенный вид ранее нейтральных раздражителей приобретает особые воздействующие свойства, вызывая нарастание тревоги. Вокруг значимого раздражителя начинают концентрироваться целые группы стимулов, бывших ранее безразличными. В результате человеку начинают «действовать на нервы» события и обстоятельства, которым ранее не придавал никакого значения. То есть на этом этапе появляется много добавочных, неадекватных стимулов, генерализующих чувство тревоги. Для восстановления душевного равновесия в подобных ситуациях, когда тревога порождается комплексом различных стимулов, ранее совершенно безобидных, важно выяснить среди множества реально нейтральных факторов истинную причину тревоги и купировать именно ее.

Собственно тревога — центральное состояние в рассматриваемом ряду. Проявляется как переживание неопределенной угрозы, чувство неясной (неосознаваемой) опасности. Неосознаваемость причин, вызвавших тревогу, может быть связана с недостатком информации о потенциально опасной ситуации или является результатом того, что получаемая информация о причинах тревоги находится в противоречии с установками субъекта, его представлениями о собственной личности («со мной не может этого быть», «это не для меня» и т. п.). К тому же рост интенсивности тревоги сам по себе снижает возможность логической оценки воспринимаемой информации, ее правильной переработки.