Одурманенный страстью супруг юной Ингрид сбежал с любовницей на край света, оставив жену прозябать в опустевшем поместье. Но Ингрид не из тех, кто подвержен унынию. Воздав богам хвалу за столь яркий знак, она выбирает себе новый жизненный путь: помогать людям, попавшим в беду. И теперь к ее услугам проклятья на любой вкус, гном-фетишист, эльф в депрессии, внештатный ловелас, икра с глазами и жуткий шеф Общества Помощи Проклятым. Остается только стать мессией и спасти мир (ну, или хотя бы себя) от рождения нового Темного Бога.
Ингрид волновалась. Шутка ли, бросить все и уехать навстречу неизвестности! А вдруг ее плохо примут? Или напротив, примут хорошо, а затем начнут вставлять палки в колеса и гадить исподтишка? Впрочем, коллектив в основном мужской, так что сплетен и интриг вряд ли можно опасаться. Скорее уж неприкрытой неприязни и излишнего внимания. Ну да ничего. Нет на свете дурных людей, со всяким можно договориться, если найти подход. И уж она постарается.
Ингрид знала себе цену, и даже едва-едва отпылавший семейный скандал, лишивший ее чудесного будущего в статусе виконтессы Эссен, не опалил крыльев ее оптимизма и не очернил репутации. Граф и графиня были искренне опечалены выходкой своего сына и уговаривали Ингрид остаться в родовом поместье Эссенов, тем более, что неразумный виконт, одурманенный страстью, сбежал со своей любовницей аж в самый Хэрширон и возвращаться не намеревался. Они даже оставили за ней право наследия четверти имущества. Но Ингрид была непреклонна: ее супружеская честь была поругана, искренние чувства растоптаны, супружеское ложе осквернено. Она не желала более оставаться в ставшем чужим доме и теперь ехала навстречу своей новой судьбе.
Судьба пока что была неказистой. Наемная карета тряслась по ухабам уже около часа, когда, наконец, показался небольшой поселок с непривычным уху названием «Тамарин берег». Ингрид высунулась в окно и нетерпеливо огляделась. Боги, что за глушь? Неужели ее новое место службы находится именно здесь? Это же настоящая дыра. Впрочем, никто и не обещал ей Мальвийский рай и золотые горы. Работа предстояла трудная, но богоугодная: такая, какой всегда хотелось заниматься Ингрид, ибо она свято верила, что служение людям – есть единственно верный путь к просветлению души. И тем сильнее ей сейчас хотелось трудиться, чем ярче вставала перед глазами наимерзейшая картина грехопадения ее мужа. Да простят боги неразумного.
Присмотревшись к домам, коих тут было не более десятка, Ингрид пришла к выводу, что не все так плохо, и люди здесь живут довольно обеспеченные: домики были хоть и маленькие, но шикарные. Это немного успокоило ее. Конечно, она была готова к любым условиям, даже к проживанию в грязной лачуге с клопами и выбитыми стеклами, но в глубине души Ингрид понимала, что подобное испытание духа может оказаться для нее чересчур строгим: хоть она и считала любовь к роскоши грехом, но родилась в семье потомственных аристократов и просто не знала другой жизни. Это для виконтессы жестяной рукомойник – смешная древность, а для какого-нибудь свинопаса – мечта.
Когда карета въехала в широкий двор, оборудованный для стоянок сразу нескольких гостевых карет, девушка окончательно успокоилась. Дом был высоким, трехэтажным, со смотровой вышкой (интересно, зачем?) и водонапорной башней. Под небольшим треугольным козырьком над террасой виднелись четыре крупные буквы: ОППЛ – Общество Помощи Проклятым «Лауде».
– Виконтесса Эссен? – с нервной запинкой проговорил светловолосый мужчина лет двадцати пяти – двадцати семи со смешными круглыми очками в золотистой оправе. Девушка вздрогнула: с некоторых пор упоминание титула и мужниной фамилии было для нее, как удар хлыстом по лицу.
– Можно просто Ингрид, – сразу предложила девушка, заранее обдумав, как лучше строить отношения с будущими подчиненными: дружески, но не панибратски.
– Добро пожаловать, Ингрид, – парень услужливо, но неловко подал ей руку, помогая выбраться из кареты. – Можете звать меня Тео.
– О, так вы и есть наш целитель? – тут же оживилась Ингрид: досье на каждого работника она выучила назубок. Один целитель, один техник, один Больных душ мастер, один штатный кучер, одна приходящая домработница, один внештатный консультант. Ну и, разумеется, шеф, досье которого почему-то состояло только из имени – Эркхарт Стоун: видно, братья Лауде пришли к выводу, что знать подноготную шефа его заместителю не обязательно.
– А-а-а, уж прыпырлсь? – раздалось откуда-то снизу. Девушка едва успела отскочить, как шустрый маленький гном тут же тюкнул молотком по колесу кареты. Потом чего-то там покрутил, пнул, снова тюкнул, удовлетворенно кивнул и утянулся обратно в дом, причем через маленькую дверцу, ведущую под крыльцо: по всей видимости, там было подвальное помещение.
– А это… – начала Ингрид.
– Наш техник, Юхра Хос, – с улыбкой покивал целитель. – Он немного необщительный. К этому нужно привыкнуть. Зато когда есть какое-то дело, он всегда тут как тут: достаточно только постучать по полу на первом этаже. Можно каблуком, он не обижается. Да вы проходите, проходите, не стоит на жаре стоять.
Ингрид глубоко вдохнула, сдерживая подступившее волнение, подхватила юбки и вошла.
В доме было просторно и очень светло. Сразу за дверями располагалась широкая гостиная (и столовая, судя по всему) с несколькими плетеными креслами, большим мягким диваном, камином и лестницей, ведущей на второй этаж. Слева от дивана стоял эльф с кувшином в руках. Когда Ингрид зашла, он как раз набрал полный рот и веером выпустил воду на гроздь…
