Лерон разорвал связь. Последний раз попытался вырезать руну, но снова неудачно. Что там Крис говорила, все у них повторяется? Уже и поверить несложно, время против него работало, как и было с Синхаром. Без четвертой руны он не решится использовать клинки, не сможет потребовать такой платы после стольких лет недоверия и вражды.
Бриана по лицу поняла, что он собрался покинуть «царство теней». А Лерон по ее глазам прочитал, что королева видгаров боялась его отпускать. Перспектива снова остаться в одиночестве с полусумасшедшим племянником, которого Лерону пришлось однажды усмирить, пугала женщину. Сейчас она была той юной девчонкой, которую Синхар оставил в одиночестве, отправляясь в свой последний бой.
Видгары считали себя самой могущественной и сильной расой. И магистр готов был признать за ними это право. Огненные имели уникальные силы: убить их можно было только прямым ударом в сердце, все остальные даже самые жуткие раны затягивались благодаря магии. Видгары могли сражаться любым видом оружия, не требовали обучения и продолжали бой, получив страшные увечья. Из прошлой жизни Лерон помнил, каким вернулся после дуэли брат Брианы: поломанные ребра разорвали кожу, одна рука едва держалась на сухожильях, а вторая оказалась сломанной в трех местах, что не мешало мужчине держать меч и ухмыляться, а на утро проснуться целым и невредимым.
Видгаров по праву называли магами войны и крови. Представитель любой другой расы, который вкусил крови видгара, получал страшное проклятие. Особенностей этой магии Лерон не знал, однако помнил, что особо опасных преступников наказывали как раз видгары своей кровью. И вся Симфония в прошлом дрожала при одном упоминании об этом ритуале.
А еще видгары были самыми искусными оружейниками и чеканщиками рун, управляли огнем, хотя это умение доставалось лишь избранным. Но боги вместе со щедрыми дарами наградили своих подопечных отвратительным характером. Видгары в основном были не в меру вспыльчивыми, гордыми и высокомерными, слишком самоуверенными и грубыми. А если копнуть глубже, то оказывалось, что все это лишь внешние проявления, а под фасадом спрятан страх сойти с ума и лишиться близких. Но ни один огненный никогда вам в этом не признается, да еще и в зубы даст, если намекнете, что тот чего-то боится.
Вот так и с Брианой. За то время, которое Лерон провел в «царстве теней» их отношения пару раз были на грани драки. Кроме того, магистр видел явную симпатию к своей особе со стороны королевы. Любая женщина-видгар, которые отличались на вид хрупким телосложением, могла уложить в бою до ста человек в одиночку. Поэтому завоевать сердце спесивых красавиц можно было, только одолев их в бою, что Синхар успешно и сделал в прошлом, завоевав нездоровый интерес со стороны Брианы к своей особе. Женщина и не скрывала чувств. В её природе было подчиняться только сильному самцу, а в отсутствие видгаров, магистр «королевского двора» оказался сильнейшим.
Королева видгаров молчала, маленькая и невероятно сильная женщина вжалась в кресло. Её плечи опустились от безысходности и тоски. На Лерона волнами накатывала симпатия и желание защищать. И не дух войны сейчас виноват. Бриана стала для него частью жизни, воскрешая воспоминания Синхара, — такое же противостояние и общие беды. Бри так и не рассказала ему, что случилось с её народом. А любое упоминание о Багровом повелителе вызывало у нее вспышки ярости.
— Ты уходишь? — едва слышно спросила королева.
— Да, Бри… И я хотел бы забрать тебя во внешний мир.
Женщина грустно усмехнулась.
— Я не могу.
— Почему? Что тебя здесь держит?
— Проклятие… — она не стала объяснять непонятные ему слова, и Лерон знал, что не услышит ответов, даже если спросит. — Я не нужна тебе там. Буду только мешать в отношениях с принцессой. Но я ждала твоего предложения. То же самое предложил Синхар.
Лерон выругался, вызвав её усмешку.
— Мне начинает казаться, что всю мою жизнь кто-то тщательно спланировал. И если я настолько повторяю Синхара, то и закончу так же.
— Нет, Лер, цикл можно разорвать, ты пока не пришел к контрольной точке. Получил какие-то новости? — перевела она тему. — Ты же не успел закончить работу.
— Да, новости, — буркнул в ответ Лерон.
— На твоем лице столько гнева. Расскажешь? Я могу посоветовать, в войне мы все асы.
— Да… возможно…
И он рассказал, начиная с самого первого предательства и заканчивая сложными взаимоотношениями с лордами и их последней выходкой.
— Твои лорды воины? — выслушав, спросила королева.
— Не все. Меньшинство, — презрительно скривился магистр.
— Их войска приносили кровную клятву верности своим лордам? — следующий вопрос.
Лерон задумался. Однозначно ответить на него магистр не мог. Иларская клятва приносилась только, если и вассал и сюзерен были уверены в верности друг другу до гробовой доски.
— Вряд ли, — тихо ответил магистр, вспомнив своих соратников.
— Тогда тебе стоит поступить как абсолютному сюзерену — просто казнить всех несогласных с твоими решениями. Это покажет твою силу.
— И начнется мятеж, — улыбнулся Лерон. — Знаешь, сколько раз я хотел это сделать.
