— Меня будет, кому воспитать. Ты же знаешь это. У меня есть дядя. И будет еще один дядя, — девочка хихикнула. — Я буду очень-очень по тебе скучать, но мы встретимся обязательно. Как только победим Багрового повелителя и все миры смешаются.
Воспоминания тут же вспыхнули в мозгу, и безотчетный страх за это невинное существо заставил Магду сильнее прижать дочь к груди.
— Нет, я не уйду, я не оставлю тебя один на один с этим демоном.
— Мама, так предначертано…
— Кем? Симфами, которые не смогли защитить собственный народ?! — разозлилась Магда. — Я не читала пророчества на стенах замка, и я не собираюсь исполнять его. И моя дочь не будет его исполнять. Симфы исчезли много веков назад, мне нет до них дела.
— Это невозможно, мама. Пророчество нельзя остановить. Прадедушка Лерон так же пытался тебя оградить — ничего не вышло. Мама, отпусти меня. Мы правильно выполняем пророчество, я приведу в этот мир короля мира. И тогда все изменится — для всех.
Магда с сомнением покачала головой. Ну, соединят они четыре стихии в одном существе, чем поможет это? Багровый повелитель хитер и опасен.
А малышка зашептала ей на ухо, обнимая за шею.
— То, что написано в замке, лишь пророчество как спасти народ симфов. Но мы часть более древнего пророчества. Целители неба тысячелетиями охраняли его, как и вход в Бездну. Оно начертано там с начала времен. Пойдем, я покажу тебе.
Их закружило в вихре воздушной магии. Реальность менялась, исчезал город, в мгновение они перенеслись на плывущий в пустоте остров, в центре которого возвышалась огромная обсидиановая глыба.
— Это вход в Бездну, мамочка, — зашептала девочка, уютно устроившись у матери на руках. — Мне разрешили показать тебе. И на нем начертано пророчество. Прочитай, мама!
Магда подошла ближе, не отпуская малышку с рук. На черной стене обсидиана, сверкающими нитями Бездны создатель начертал судьбу мира, когда-то созданного рунами из первородного огня.
— Все это началось еще до нашего рождения, много тысячелетий назад. И осталось выполнить лишь последние шесть строк.
Магда недоверчиво покачала головой.
—
Магда молчала, разглядывая обсидиановую глыбу. Не испытывая ни благоговения, ни страха. Ей было все равно. Плевать на все пророчества. Когда вместо души остался один лишь пепел, тяжело во что-то верить и чему-то удивляться.
— Мама, ты должна уйти, пообещай мне! — настойчиво продолжала ее теребить будущая дочь. — Спаси отца! Иначе, я отказываюсь появляться на свет.
— Ультиматум?! — удивленно подняла бровь Магда.
— Именно, — дерзко ответило дитя.
Магда даже растерялась, не зная, что ответить. Но, решив не спорить, кивнула в ответ.
Она открыла глаза на полу видгарского храма, а рядом рыдала её только что рожденная дочь. Она подняла малышку на руки, завернула в плащ и прижала к себе. Частичка Варда, о чем свидетельствовали ярко-сияющие руки.
Магде не хотелось отпускать малышку от себя, размыкать руки, расставаться хоть на мгновение. Она была такой милой. Спала, засунув палец в рот. От нее пахло как от Варда — ветром и лекарственными травами. Магда сидела на полу храма и прижимала малышку к себе. Совсем забыла о том, что собиралась уходить к фивиретам. Да и солнце еще не встало.
Раненное сердце, подаренное Вардом, затопила нежность и любовь. Ей больше никто не нужен был в этом мире.
Но прямо перед ней, как нарочно, открылся портал. Магда вскочила на ноги, прижимая малышку к себе. Когда из портала появилась белобрысая макушка, Магда применила магию отражения и оттолкнула гостя, впечатав в стену.
— Бездна, кошечка, совсем одичала, — фыркнул Домерк со стоном, поднимаясь на ноги.
— Что, Бездна, ты тут делаешь? Как ты меня вообще нашел? — зарычала она на магистра.
Уж ему-то она точно никогда не показывала дорогу в видгарский храм. И посмел же, гад.
— Нашел я тебя благодаря фивам. А зачем? За тобой должок, кошечка! Ты не выполнила условия нашего договора, — и он потряс у нее перед носом магическим свитком.
— Я убила Лоран — чего тебе ещё надо? — фыркнула Магда.
У неё не осталось ненависти к этому человеку, лишь обычная неприязнь. Он был свидетелем и виновником её горя. И то, что он сам оказался жертвой интриг Багрового повелителя, ничего не меняло. Пусть когда-то они и были любовниками. Но теперь их разделяла смерть Рорри и океан пролитой крови.
— Ты так и не поняла, — вздохнул Домерк. — Я знаю, что я самый последний в мире придурок. Тому, что я натворил, прощения нет. Поверил этой гадине и устроил все это.
Удивительно было сидеть вот так с ним на полу видгарского храма, разговаривать, как будто они не были совсем недавно злейшими врагами, как будто не убивали друг друга при каждой встрече. Как-то все это стерлось и померкло на фоне войны с Багровым повелителем и смерти Варда.
— Магда, Лоран поступила со мной хуже, чем со всеми вами, хотя я сам виноват в этом. И сделала она это твоими руками.
