Обсидиановый пепел полностью

— Ну, наконец-то ты улыбаешься, сердце мое, — облегченно выдохнул Вард, заключая ее лицо в свои ладони, а в глазах обожание и любовь.

Очень нежно коснулся ее губ своими, подарив поцелуй. А у Магды ноги подкосились от неземного счастья.

— С кошками я еще не целовался, — продолжил поддевать этот невыносимый лекарь. — Хотя ты активно пыталась меня облизать, я помню.

— Я тебя сейчас пну, — пообещала Магда.

Да, облизывала, а он так забавно отбивался иногда. Вард фыркал ей на ухо, пытаясь сдержать хохот. И Магда сама рассмеялась, обнимая его и прижимаясь.

— А еще, сердце мое, у тебя были шикарные усы, — пробормотал этот невыносимый лекарь.

— И зубы, — парировала Магда и несильно укусила его за плечо.

Боги! Он же из Бездны только вернулся и опять ерничает. Испортил такой момент. Но на самом деле бить его и ругаться не хотелось. По телу волной цунами гоняло кровь счастье.

— Вот теперь я узнаю мою огненную девочку, — с любовью прошептал Вард, целуя в нос.

И Магда обняла его крепче, счастливо рассмеявшись. Мой! — шептала магия. — Невыносимый, умерший и воскресший! Самый близкий и любимый человек на свете. Все циклы стоили этого момента. Пусть она тысячи раз сгорала в собственном пламени. Но согласна гореть снова, если он восстанет из пепла вместе с ее душой.

Рука Варда, нежно поглаживала ее по обнаженной спине. Он ласково поцеловал любимую. Потом еще и еще раз. Его ласки стали настойчивей, видимо, мужчина осознал, что они обнажены и прижимаются друг к другу. А еще у них демонову вечность не было близости. Его губы спустились к шее, Магда застонала и прикрыла глаза, наслаждаясь долгожданной лаской.

— Мы в храме, — напомнила она, когда от ласк Варда воспламенилась кровь. — Боги разгневаются, а сама выгнулась ему навстречу, прижимаясь.

— И пусть, — хрипло прошептал он, целуя за ушком. — Даже сам Карающий не помешает мне тебя любить.

Карающий презрительно фыркнул, наблюдая за своими любимыми творениями через обсидиановое зеркало. Вот же наглец!

Совсем одемонели эти смертные. Предаются любовным утехам прямо в храме. Варна не потерпела бы такого непотребства. Конечно, она многое делала для того, чтобы соединять сердца влюбленных. Но не на плитах же храма. Богохульники!

Но он не Пылающий воин, чтобы испепелять праведным гневом. Он хуже. Карающий злорадно усмехнулся.

В зеркало он уже не смотрел. Не хватало еще подглядывать. Его интересовал обсидиановый узор двух обнаглевших чад. Нити энергий причудливо переплетались в единую сеть и пульсировали в такт.

— Карающий ему не помеха, — пробурчал молодой бог. — Вот и мучайся теперь с ней вечность.

И он ловко связал их нити, объединяя во всех перерождениях. А потом усмехнулся и завязал получившийся узел бантиком.

Магда и Вард наконец закончили свою возню. Они лежали на плитах золотого храма, отдыхая после любовной игры. Вард поднял руку, чтобы поправить ей волосы и заметил магический браслет на своей руке. Такой же был и у Магды.

— Что это? — недоуменно спросила девушка.

А казалась такой сообразительной, — вздохнул Карающий. Сильная огненная, но иногда очевидные вещи доходят до нее с трудом. Как в случае с пером, например. Он уже даже психанул и помог хилфлайгону, сделав вид, что это сам смертный ветром овладел, а не Карающий лично пришел и отнес это демоново перо в огонь.

— Кажется, нас поженили, сердце мое, — рассмеялся Вард.

Умный хилфлайгон! Карающий довольно хмыкнул.