– Теперь вновь приставляем ноги, я левую, Вы правую, – после этого он стал показывать. – Вот это вращение основной и есть. Мы вращаемся вдоль собственной оси. Мы – это мы единое целое. А также мы, как пара, вращаемся по кругу в зале. Я его иногда сравниваю с вращением дервишей.
– Дервиши – это монахи в исламе?
– Ну, кто утверждает так, а другие говорят, что дервиши – это доисламские и дохристианские чудотворцы. Типа ходячих святых экстрасенсов, – объяснил он ей.
– И откуда ты все такие подробности знаешь? – спросила она его.
– Ну, это же философия, – пояснил он, – а это, знаешь как интересно!
– Философия!? Интересно. Никогда не понимала её.
– Значит, тебе преподавали не философы.
– Ну, почему не философы? Вот нам преподавал доктор философских наук. Так он занимался семьей, семейными ценностями, структурой семьи… и он нам говорил, не создавайте врачебные семьи. Они все распадаются в девяносто пяти процентах. Сможете ли вы в эти пять процентов влезть? Не знаю. Я вот не поверила. Вышла замуж за врача. И этот философ был прав! Не влезли мы с ним в эти пять процентов.
– Разошлись?
Она показала глазами и кивком головы, что да, он прав.
– А ты говоришь, не понимаешь философию. Вы просто к ней не прислушивались. Мы тоже анатомию боялись, когда сдавали. По несколько раз её ходили пересдавать. У нас, наверное, с медиками анатомия считается одним из труднейших курсов в ВУЗе.
– У Вас анатомия?
– Ну да! На физвосе, у нас мышцам, сосудам и нервам много отводится времени. У нас также как и у Вас имеется анатомичка и влажные препараты. Так у нас ещё её преподавал врач, хирург, профессор, доктор наук. Его никаким методом не объедешь, только знания. Он ткнёт пальцем: «Что это?» И не просто нужно сказать кишка, а какой отдел кишки. Или какой отдел мышцы, или какой отдел головного мозга.
Так они за разговором оттачивали движения повороты.
– Ещё в венском вальсе имеется променад, это дорожка шагов без поворота.
– А это зачем, если танец крутящийся? – спросила она его.
– Я так думаю, его специально придумали. Вот мы сейчас в зале одни, а когда много танцуют, чтобы друг на друга не наткнутся и не сбиться с ритма, с музыки. Вот и придумали променад. Для чего? Для того, чтобы выйти на свободное пространство. Люди разные по росту, по скорости. По поворотам и иногда в венском танце скапливаются на пятачке много пар. И как-то нужно выходить. Вот для этого и придумали променад. Дорожка как вперёд имеется, так и назад, где есть это пространство и не всегда оно имеется по прямой линии. Этот приём нам нужно отточить.
Променад назад. Опять ноги в третьей позиции нужно поставить после разворота. Левой ногой шаг назад, перенося всю тяжесть на эту левую ногу, а потом правую ногу через первую позицию в четвёртую позицию. Помните четвёртую позицию? Носки разведены в стороны, стопа одной ноги стоит впереди другой стопы. Но расстояние между стопами равно расстоянию Вашей стопы. Из этих позиций при танце легко вывести ноги в другие позиции с сохранением равновесия. Приподнимаются на переднем отделе стопы, как бы выискивая свободное пространство, куда шагнуть. Опускаемся на всю стопу и левую ногу приставляем к правой, слегка приседаем. Можно конечно левую стопу не приставлять, а сделать ещё один шаг назад, на свободное пространство. Так как партнёр ведёт даму, и она идёт за ним.
Сам по себе танец не сложный, но вот скорость. И особенно когда достаточно танцующих, это сложно не сбиться с ритма музыки.
– А мне нравится этот танец, – сказала ему Елена.
– Конечно, красивый парный танец, – сказал он ей в ответ. И они продолжили кружиться.
– Может, пройдёмся по городу, – предложил он ей после очередного репетиционного дня.
– Давай, – странно согласилась она. Хоть она всегда и спешила к дочке, сегодня решила просто пройтись. Стоял теплый уже по-весеннему день, в воздухе висел аромат весны – запах родниковой воды, хвои и чистоты. Ей некогда было заметить этот весенний аромат на работе. И только вот сейчас она уловила и захотела пройтись по улице.
– О, Саш! Ты куда? – спросил он своего знакомого, когда они вышли с телеканала.
– Привет. Да вот нужно забрать съёмочную группу из областной больницы.
– Слушай, подкинь нас хоть до больницы, мы вот с участницей решили пройтись и отдохнуть от репетиции.
– А! Пожалуйста, садитесь, я уже отъезжаю.
Он открыл дверь и пригласил Елену в салон.
Они вышли у проходной больницы, перешли улицу и оказались на территории пединститута.
– Когда-то я закончил этот alma mater.
– Ты (!) его закончил? – она удивленно взглянула на него.
– Да сразу два факультета: физвоспитания и иняз. Поступил на иняз, а потом хорошо было по спорту, и я стал учиться на физвосе заочно. Практически одновременно закончил и тот, и другой. Педагогические предметы пересекались: философия, история, общая педагогика, психология, дидактика, методики преподавания…
Они не заметили, как вошли в зону городского парка имени Белинского. Почему-то за ним ещё закрепилось название «Верхнее гуляние».
