Немного озадаченный я принялся за упражнение. В начале я попытался визуально представить, что смотрю спиной. Но после нескольких неудачных попыток отбросил это дело. Визуализация никогда не помогала, так как она мне редко удавалась. Образы рушились, визуальные представления не складывались. Тогда я намеренно стал генерировать ощущения, будто поворачиваюсь вокруг своей оси и встаю в прямо противоположном направлении. Я не представлял, а скорее чувствовал это действие, будто вращаясь по-настоящему. Уже знакомое мне чувство парадокса пронзило сознание. В уме словно что-то сломалось. Привычные ощущения тела заменились чем-то настолько странным и немного страшным, что сердце забилось значительно быстрее. Около минуты я находился в возбужденном состоянии неопределенности. Я не мог зафиксироваться, не мог даже сказать в какую сторону по-настоящему повернут.
Спустя какое-то время ощущения сложились в новую модель. Я четко чувствовал, что моя передняя часть — это спина. Субъективные ощущения рук и ног изменились. Лицо непрерывно дрожало в противоположных мирах. Через несколько мгновений, как мне показалось, получилось зафиксировать все тело в новой интерпретации. Но лицо так и не желало приобретать стабильность и до сих пор ощущалось как два отдельных существа, смотрящих в разные стороны.
Пока я проделывал это странное упражнение, старик для меня перестал существовать. Даже больше. Весь мир словно развалился на части и никак не хотел собираться заново. Я не видел ничего перед собой, ничего не слышал. Лишь купался в удивительных и немного пугающих переживаниях.
— А сейчас сделай несколько медленных шагов вперед. — неожиданно прошептал старик.
Его голос я разобрал не сразу, а наверное только с третьей попытки. Буквы напористо не желали складываться в слова и оседали в уме непонятыми, затем тихо растворяясь.
Но после пришедшего понимания фразы старика, зрение и слух мгновенно восстановились. Все выглядело привычно, но слегка приглушенно, обесцвечено. Я попытался сделать шаг вперед, но понял, что не могу сообразить где это — вперед. Зависнув на одной ноге, я испытывал накатывающие волны парадокса. Нет более подходящего слова для описания этих ощущений. Вскоре я смог сделать первый шаг. В этот момент я был твердо убежден, что разделился надвое и пошел в разные стороны. Со второго шага ощущения разделения заметно усилились. Хотя на протяжении всего опыта зрение было весьма привычным и я наблюдал только одну сторону зала. Третий шаг обострил чувства отдельности до предела. Страх снова ворвался в меня и разогнал сердце, сбив при этом дыхание. Тело вибрировало.
— Хватит. — прокричал старик и этим буквально ошеломил меня. — Закрой глаза и покружись секунд десять на месте.
Я повиновался и после выполнения инструкций, почувствовал небольшое головокружение и тошноту. Разделенность пропала.
— Попрыгай на месте и встряхни конечности. Разомнись. Да, можешь открыть глаза. — старик перешел на привычную громкость голоса.
Прошло минут пять. Мы сидели на своих местах за внушительным столом старика из красного дерева. Я обливался потом, но в целом чувствовал себя хорошо. Учитель, сильно наклонившись, достал из нижнего ящика стола полотенце и кинул мне.
— Что это было? — наконец-то задал я вопрос, волнующий меня последние минуты.
— Ты сломал привычную интерпретацию тела. Пошатнул восприятие мира. — сказал старик таким тоном, словно говорил о повседневных делах.
— А зачем это нужно? — сразу же спросил я.
— Чтобы научиться создавать новые интерпретации, в начале нужно уметь разрушать старые. После сегодняшнего события твоя реальность станет нестабильной. Это мы сможем использовать для расширения твоего взгляда на мир. А чем шире и изменчивее твоя картина мира, тем больше ты получаешь энергии от реальности. Ведь если ты что-то не видишь, то не можешь с этим и взаимодействовать. Когда мы через некоторое время добьемся дестабилизации твоей модели реальности, ты сможешь создавать ее такой, какой захочешь.
Пока старик говорил, я вытирался полотенцем, но пот все не переставал струиться по лицу. Я плохо понял, что значит «создавать свою модель реальности» и спросил об этом.
— Каждое событие в нашей жизни не плохое и не хорошее. Но человек, описывая все в уме, ежесекундно создает определенную реальность. Если ты например день за днем смотришь телевизор. А там убийства, жестокость, конкуренция, политика и всякие глупости. То через какое-то время начинаешь считать мир чем-то жестоким и опасным. Но посмотри вокруг, все не так уж и плохо. — старик усмехнулся. — Как часто твоя жизнь оказывается в опасности? Тем не менее ты постоянно живешь в тревоге. Из-за этого тело и испытывает непрекращающиеся напряжения.
— Но это же действительно происходит. Новости же не выдумывают. — выпалил я, потеряв осознание.
