Я смог представить или даже вернее сказать — почувствовать, как рука брата движется согласно моему желанию. В начале это было больше воображаемое движение, будто я находясь в его теле, двигаю иллюзорной рукой в толще воды, но затем я стал почти как в реальности ощущать напряжение его мышц и некое сопротивление от тяжести тела. Спустя пару минут рука Андрея непроизвольно двинулась и направилась к его левому уху. Он воспринимал это совершенно нормально, ведь не знал о моих тайных манипуляциях. Я же в эти мгновения испытывал непередаваемое чувство восторга смешанного с удивлением и мне потребовалась сильная концентрация внимания, чтобы не выдать своей радости. Я будто увидел чудо, которое сам же и сотворил. Затем подобным образом я заставил его выполнить и оставшееся из заготовленного списка. Когда Андрей сменил позу, я посмотрел на лицо друга. Он выглядел пораженным, а широкая улыбка не сходила с его лица еще несколько минут. Я понял, что он просто не может перестать улыбаться, у меня часто бывала такая же реакция на различные невероятные проделки Старика.
В это время Андрей заметил перемену в моем друге и стал допытываться, что произошло. Я же отпустил эмоциональный контроль и тоже заулыбался. Брат видел наши восторженные и радостные лица и никак не мог понять, чему мы так удивляемся. Я протянул ему листок. Он с минуту его изучал, а затем у него, так же как у меня и у друга, губы стали медленно расплываться в идиотской улыбке. Когда он понял, что произошло, он вскочил с дивана, на котором мы сидели, выбежал из комнаты и с криком: «Женя меня загипнотизировал» побежал рассказывать об этом родителям, которые все это время смотрели какой-то черно-белый советский фильм по телевизору.
Несмотря на произошедшее мой друг и брат очень быстро забыли об этом удивительном происшествии и продолжили жить своей обычной жизнью, не проявляя никакого интереса к моим практикам. Я до сих пор удивляюсь, как, пережив что-то невероятное, человек может забыть об этом легко и быстро, не оставив для себя ничего из пережитого, совсем не изменив своего привычного восприятия мира.
Я медленным шагом прогуливался по городу, пересекая незнакомые мне дворы. Стоял теплый летний день, птицы весело скакали с ветку на ветку, дети бегали и громко играли, а на лавочках сидели несколько бабушек и о чем-то неспешно беседовали, пощелкивая семечки.
На днях Старик рассказал мне о новой практике под названием: «Укол острой иглой».
— Это упражнение самое нелюбимое у всех учеников. — сказал в тот день учитель. — Связано оно с воздействием на слабые точки человеческой личности. Практику эту легко понять, но сложно сделать. Твой ум будет многократно пытаться тебя отговорить, будет искать любые причины, чтобы ты отложил такое неприятное занятие на потом. — сказал Старик и засмеялся.
Я понял, что меня ожидает действительно нечто неприятное, потому что учитель редко говорил подобное о практиках. Ощутив как внутри зарождается тревога, я уловил вторым потоком внимания изменения в теле — оно стало напряженным и сжалось словно пружина, будто передо мной появился какой-то опасный враг. Моя личность уже боялась этой практики.
— Делать почти ничего не нужно. — продолжал Старик. — Основная задача: найти какое-нибудь людное место и совершить что-то непривычное, из ряда вон выходящее. Конечно, не требуется каких-то очень уж экстравагантных действий. Просто поставь себя в глупое положение.
Я слушал в полном молчании, не пытаясь и представить, что от меня потребуется.
— Давай я приведу тебе несколько примеров. — снисходительным тоном проговорил Старик. — Ты можешь выйти на улицу, встать в какое-нибудь людное место, это может быть автобусная остановка или площадь у главного корпуса твоего института, там всегда околачивается куча бездельников. Хотя лучше делать эту практику в местах, в которых ты появляешься не часто. — уточнил учитель и принялся хмыкать от сдерживаемого смеха. — Вот представь. Ты на остановке, вокруг стоят себе люди, ждут автобус и ничего не подозревают. А ты в этот момент начинаешь петь песенку: в лесу родилась елочка. Или для начала что-нибудь попроще. Например просто поднимаешь руку и продолжаешь ждать своего автобуса, не обращая внимания на недоумевающие взгляды окружающих.
Пока я представлял описанное Стариком, я успел ощутить несколько приступов необъяснимого страха и внутреннего сопротивления, которые крайне редко возникали у меня лишь от одного воображения. Я никак не ожидал от своей личности такой реакции и направил внимание на области тела, в которых стало ощущаться напряжение. Это помогло и через некоторое время я расслабился, страх ушел, оставив место для интереса и готовности работать над собой.
