— В Тартаре мало смотрят на то, кому и почему больно, — пожал плечами эдельар. — Большинство местных байлогов пытается подстроиться под выдвигаемые этой страной стандарты… корёжат и увечат себя. В других странах… в большинстве других стран такого нет.
Мы помолчали.
— В Тартаре есть ещё один минус для байлогов. Здесь у них мало искренних друзей или даже просто хороших знакомых. Над ними посмеиваются, ими манипулируют… и в этом плане Асс прав. Дружба, особенно настоящая, принесёт байлогу больше пользы, чем вреда. Пусть даже потом придётся расстаться.
Разумеется, я последовала совету вертарца. Но его слова о том, что тартарские байлоги «корёжат и увечат себя» запали глубоко в сердце. Поэтому решила всё-таки поговорить с Лиссом на эту тему, но не сейчас, а много позже. Уже после возвращения.
А потом пришло время отъезда.
14 – 18 октября 617134 года от Стабилизации
Поезд. Служебный маршрут Бурзыл — Святоград
Об отъезде я оповестила не только Лисса, но и Шаса. С последним мы до сих пор сохранили очень хорошие отношения и часто разговаривали на интересные обоим темы. В том числе, он рассказывал мне некоторые особенности своей работы, а я ему — об арванах, байлогах и прочих редких видах и интересных историях из жизни.
Для того, чтобы перевезти студентов и кураторов, выделили два специальных пассажирских вагона. Наш маршрут был нестандартным, поэтому вагоны несколько раз отцепляли на сортировочных станциях и прикрепляли к другому поезду, идущему в нужном направлении. Причём чаще всего составы оказывались не пассажирскими, а грузовыми.
Естественно, обслуживание велось отнюдь не по высшему разряду, и всем пришлось мириться с приемлемым дискомфортом. Впрочем, неудобство оказалось невелико и настроения совершенно не испортило. Зато сколько новых впечатлений!
Несмотря на то, что в вагон делился на купе, двери в них почти не закрывали. Да и места не закреплялись за студентами — мы вольны меняться ими по своему желанию. Поэтому народ разбился на группы по интересам или, точнее, по дружбе. Я, Вира, Ирина и Прий заняли одно из купе. Сначала Ирина хотела поселиться по соседству, но Ликрий быстро переубедил девушку, сказав, что ему без разницы, где спать. К тому же химеру, в отличие от человека, опасаются задирать, поэтому неприятностей не предвидится. И это, действительно, так. Тем более, что Ирина — деятельная и иногда резкая — уже успела нажить пусть не врагов, но неприятелей — точно.
Кстати, обслуживающего персонала не предусматривалось — то есть поддержание порядка оставалось на совести пассажиров. Да и рацион разнообразием не отличался — всего лишь несколько видов сбалансированных пайков: однородной, но не противной на вкус массы. В пути предстояло провести около пяти суток… в связи с этим студенты, побеспокоившиеся о том, чтобы захватить с собой продукты, резко повысили свою популярность. К сожалению, я в группу предусмотрительных не входила. Точнее, кое-какую еду всё-таки взяла, но именно тот самый концентрированный паёк, которым запаслись по умолчанию.
Большую часть пути поезда проходили по туннелям, поэтому окна обычно закрывались специальными ставнями — всё равно смотреть не на что. Часть времени мы занимались, часть — проводили в развлечениях и ничегонеделанье. Мешало занятиям то, что связь периодически барахлила — мы ехали весьма извилистым маршрутом и, когда находились в нестабильной зоне или на слабообжитых землях, возникали проблемы.
Наши вагоны прицепляли к концу состава: вначале кураторский, а за ним — студенческий. Через несколько часов после отправления по коридору в хвост поезда прошли вертарцы и тартарка.
— Если кто хочет подвигаться и чувствует себя в силах — может пользоваться выходом через тамбур, — притормозив у нашего купе (на день мы собрались там впятером), сообщила женщина. — Сейчас откроем и запирать не будем.
Ликрий радостно принял предложение. Немного поколебавшись, я тоже сходила к тамбуру: посмотрела на улетающий вдаль единственный рельс. Но, естественно, рисковать не стала. Ладно если бы ещё поезд шёл еле-еле, но он двигался с очень большой скоростью… не то, что выходить, даже высовываться страшно.
Впрочем, я оказалась не одинока: никто из остальных студентов тоже не выразил желания присоединиться к экстремальному развлечению, хотя тоже иногда поглядывали. Поэтому «гуляли» через тамбур только два чиртериана из вертарцев, Ликрий и, иногда, мориотарец. Вот и ещё одно доказательство того, что внешность Зоргума очень обманчива.
Несмотря на нормальную обстановку, уже на второй день поездка стала немного тяготить. Мы разминались и в купе, и в коридорах, но этого не хватало — тем более, что остановок почти не было, и выйти хотя бы на несколько минут не получалось. Поэтому я буквально набросилась на учёбу, планируя после приезда устроить дополнительный выходной. Друзья тоже занимались своими делами, а Ликрий вот уже в третий раз ушёл в вагон кураторов.
— Народ, я тут такую запись нашла, — заговорщически обратилась к нам Ирина. — Причём совсем недорого.
Я закрыла учебный файл и заинтересованно повернулась к подруге.
