– Эта? – Я ткнула снимком в нос спасителя.
Дядя Леша сразу отвечать не стал. Взяв в руки фотографию, поднес поближе к свету и внимательно изучил. Потом вернул мне снимок и неуверенно произнес:
– Вроде как эта. А вроде бы и нет.
– Ты еще разок посмотри, – потребовал Мельников. – Она или нет?
– Пес их разберет, девок этих. Одежду сменят, наштукатурятся. После этого их и мать родная не признает, – выдал дядя Леша.
– Разберемся, – проговорила я. – Что они делали, тоже не помнишь?
– Да что молодежь ночью делать может? – хмыкнул дядя Леша и осекся. – Прости, дочка, не хотел тебя огорчать. Но уж как есть, так и говорю.
– Значит, они ночью приезжали? – зацепившись за слова дяди Леши, спросила я.
– Угу, ночью. Это я точно помню. У меня еще табачок закончился, вот я и побрел по соседям курева стрельнуть. А тут они и завалились. То ли пьяные, то ли возбужденные просто. Тоха девку скорей в комнату спровадил, мне сигареты отдал и тоже за дверь. Целую пачку презентовал! Хороший табачок у Тохи. Дорогой. И пахнет вкусно, – дядя Леша мечтательно закатил глаза. – Под стать твоему коньячку, красавица. Он, часом, не у тебя сигаретками тогда разжился?
– Он ее только один раз приводил? – пропустив вопрос мимо ушей, спросила я.
– Один, красавица. Точно один, – утвердительно закивал дядя Леша.
– А раньше он девиц сюда водил? – снова подал реплику Мельников.
– Не случалось. Он с девками предпочитает на их территории встречаться. Сам понимаешь, в нашей хибаре особого романтизма не найдешь, – резонно рассудил дядя Леша.
– Может, вспомнишь, когда это было? Очень надо, – с нажимом произнес Мельников. – А я простимулирую.
И Мельников похлопал себя по карману, давая понять, что стимуляция будет существенная. Дядя Леша расстроенно вздохнул.
– Извиняй, командир, врать не хочу, а правды не помню. Вы меня уважили, и я вам голову дурить не стану, – и, воодушевившись, предложил: – А вот у Тохи выспросить подробности возьмусь. За магарыч. Как тебе такой расклад?
– Пойдет, – согласился Мельников.
Он вынул бумажник, отсчитал несколько купюр, присовокупил к ним пачку сигарет и протянул все это дяде Леше.
– Я тебе телефончик нацарапаю. Как разузнаешь, звони. Будет откуда звоночек сделать?
– За магарыч уж расстараюсь, будь уверен, – заверил дядя Леша.
Мельников перевел взгляд на меня и спросил:
– Ждать будем или поедем?
– Тоху дожидаться бесполезно. Не будет его сегодня, – повторил то же, что говорил и раньше, дядя Леша, забирая у меня бутылку с остатками коньяка. – В последнее время он тут редкий гость.
– Откуда знаешь, что его не будет? – спросил Мельников.
– Сам Тоха сказал. Дела у него нарисовались. То ли бомбить по ночам стал, то ли новую кралю завел, – объяснил дядя Леша. – Так и сказал: не скоро мы теперь, дядя Леша, с тобой увидимся. И за комнатой присматривать велел.
– И ключ оставил? – оживилась я.
– Здесь где-то валяется, – дядя Леша небрежно окинул рукой комнату.
– Что ж ты молчишь? У тебя, можно сказать, джекпот, а ты им воспользоваться не торопишься, – воскликнул Мельников. – Хочешь еще пару сотен заработать?
– В комнате хозяйничать не дам! – решительно воспротивился дядя Леша. – Я тебе не шкурник какой-то. Своих не продаю.
Видимо, до дяди Леши дошло, что для Антона наш визит может обернуться неприятностями, и он угрюмо отодвинул от себя деньги и курево.
– Я думал, вы тут по любовным делам, а вы вон чего задумали, – вскипел он. – У друга моего обыск устраивать? Не позволю. Убирайтесь подобру-поздорову. И бабки свои забирайте!
– Не кипятись, дядя Леша. Это он не подумав ляпнул. У нас и в мыслях не было вламываться в комнату Антона. Как можно без его ведома? – поспешно сказала я. – А деньги оставь. От чистого сердца предложены.
– Мягко стелешь, красавица. Как бы потом на колючках не проснуться, – укоризненно покачал головой дядя Леша.
– Не обижайся, отец. Я и вправду глупость сморозил. Пойдем мы, пожалуй. Раз Антона сегодня не будет, – пошел на попятный Мельников. – Бывай, отец.
Мельников подхватил меня под руку и потащил к выходу. Дядя Леша до самого порога провожал нас подозрительным взглядом. Однако деньги оставил. И номер телефона Мельникова в карман припрятал.
Мы вышли на улицу и двинулись в сторону шоссе. Я молчала, переваривая услышанное. Мельников виновато сопел, не решаясь заговорить. Он поймал попутку и назвал мой адрес. У самого дома осторожно поинтересовался:
– Что делать собираешься?
– Найду чем заняться, – не особо вежливо буркнула я. – Спасибо за помощь.
