Мельников резко повернул голову в мою сторону. Сказать, что на его лице было написано недоумение, это не сказать ничего. Дядя Леша, напротив, отреагировал совершенно спокойно. Не спеша снова наполнил свой стакан, опустошил его до половины и только после этого ответил:
– Понимаю я, красавица, поболе твоего. Но суть не в этом. Тут и понимать нечего, достаточно понаблюдать за ухажером твоим. А уж этим удовольствием я не обделен. Мы с Тохой, считай, года три в этой хибаре ютимся. Как думаешь, много он скрыть от соседей сумел? При совместном-то проживании?
Я промолчала, давая дяде Леше возможность пофилософствовать. Мельников тоже предусмотрительно держал рот на замке. Дядя Леша опять одобрил наше поведение и принялся пространно изливать свои представления о современной молодежи в общем и об Антоне Бельском в частности.
– Вот ты думаешь, ты у него единственная? – прищурившись, спросил он меня и сам же ответил: – То-то и оно, что нет. Но я его не осуждаю, не подумай. Парень молодой, кровь горячая. Пойми, девочка, не нагулялся он еще вдоволь. Рано ты к нему с претензиями пришла.
– А если она не хочет ждать, когда он нагуляется? – вступил в дискуссию Мельников. – Или времени на это не осталось, тогда как?
– Как? Да никак. Нет, вы, конечно, можете морду Тохе набить или еще как ему свое недовольство высказать, но толку-то что? Насильно мил не будешь. Слыхали небось такую поговорку? Народная мудрость. Веками проверенная. А уж в случае с Тохой у вас и подавно ничего не выйдет. Он парень своенравный. Свободу любит, независимость. Думаете, почему он в этом гадюшнике живет? Потому что денег нет?
Дядя Леша прищурился, отхлебнул коньяка, вынул из тумбочки пачку сигарет и не спеша закурил. Мы с Мельниковым замерли в ожидании. Такая удача! Дядя Леша сам на интересующую нас тему заговорил.
– Где-то же ему нужно жить, – подстегнула я дядю Лешу. – Правда, мне он заливал, что и сам крутой, и родственники у него богатые. А на деле-то вон оно как. Да и неудивительно. Видно, Антон во всем одинаков. Только врать да бахвалиться умеет.
– А вот тут ты не права, девочка. Все, что Тоха тебе говорил о достатке и о родственнике состоятельном, – все чистая правда. Есть у Тохи доход. Небольшой, но стабильный. А дядя его, так тот вообще целую фабрику по производству носков имеет. И жена у него с приданым не хилым. Можно сказать, дядя в деньгах купается. Ни в чем себе не отказывает. Захочет, так он такого вот коньяка хоть целый ящик купит и за раз выпьет!
Последнюю фразу дядя Леша произнес с таким чувством, будто речь шла не о спиртном, а о дюжине Каймановых островов в Карибском море. Мельников украдкой улыбнулся. Я же на полном серьезе спросила:
– А ты сам, часом, не заливаешь, а, дядя Леша? Я вот тоже думала, что у Антона родственники непростые. И жить-то он должен в центре. И ездить на крутой иномарке. А вышло вон как.
– Это ты что же, пигалица, дяде Леше не веришь? – взвился алкаш. – Да я самый честный в мире человек! У кого хочешь спроси. Пойдем к соседям, у них спросим, – и дядя Леша потянул меня за руку.
Я вырвала руку и принялась его успокаивать.
– Да верю я, верю. Просто уж очень странно. Чтобы родной дядя и о племяннике не позаботился? Ладно бы еще они не общались между собой, тогда бы понятно. Ты вот хоть раз сам этого дядю в глаза видел? Может, Антон всех нас дурит?
– Нет. Там дело сложнее. Я ж говорю, характер у Тохи больно независимый. Оттого и неустроенность в жизни, – возразил дядя Леша.
– А что там за ситуация, можешь рассказать? – подливая в стакан дяди Леши пахучего коньяка, полюбопытствовал Мельников.
– Отчего же не рассказать? Под хороший коньячок да для приятных людей, – согласился дядя Леша. – Вам как, с подробностями или вкратце?
– Нам с подробностями, – сказала я, настраиваясь на долгую беседу.
Мельников тоже уселся поудобнее, а дядя Леша, употребив очередную порцию, заговорил:
– Начну-ка я, пожалуй, с конца. Ты, красавица, думала, женишка богатого отхватила, а получается, что не он тебя, а ты его из дерьма вытаскивать будешь. Корни всего этого уходят в далекое прошлое. Не совсем далекое, это я погорячился, но произошло это давненько. Года три назад. В то время Тохи еще тут не было. Бабка одна тут век доживала. Эх, и вреднющая баба была! По молодости еще можно было ее выходки терпеть, а к старости совсем невмоготу стало. Она в коммуналке единственная баба была, вот и пользовалась этим. То душ на три часа займет, то тараканов в разгар лета поморит, так что они по всем комнатам с кухни разбегутся. То ботинки наши, что мы у дверей выставляем, в мешок картофельный соберет и на помойку вынесет. Одним словом, не было от этой старухи житья.
– Давай насчет Антона, дядя Леша, – напомнил Мельников.
– Ты не подгоняй, – нахмурился дядя Леша. – Рассказ, он спешки не любит.
– Не слушай его, дядя Леша, выкладывай все, что знаешь. Нам спешить некуда, – успокоила я своего спасителя.
