В «офис» заглянула невысокая заплаканная женщина в серой куртке и смешном берете.
— Здравствуйте… — тихо сказала она. — Вы мне поможете?
— Я… постараюсь, — запнулся Руслан. — Расскажите, что случилось.
— Моя дочка… Валечка, она… — губы женщины задрожали, и она с трудом взяла себя в руки. — Ей плохо… Очень! И врачи ей помочь не могут.
Посетительница прижала руку к губам, пытаясь подавить рыдания. Потом сдавленно добавила:
— А я знаю, что это. Это проклятье. Кто-то проклял мою Валечку.
Женщина не выдержала и расплакалась.
Руслан поднялся с кресла и протянул ей пачку бумажных платков. Посетительница кивнула и быстро привела себя в подобие порядка.
— Вы простите, пожалуйста, молодой человек. Я при ней-то держалась, а сегодня Валечка сознание потеряла — и всё. Для меня будто свет погас во всём мире.
У Руслана сжалось сердце. Столько горя было в голосе несчастной матери, что он поклялся себе сделать всё для этой женщины и её дочки.
— С чего всё началось?
— Мне нужно будет посмотреть на вашу дочь и на её комнату. И поговорить с этими друзьями.
— Конечно, конечно. Спасибо вам!
Женщина попыталась улыбнуться сквозь слёзы, и у Руслана снова сжалось сердце.
— Простите… как вас зовут, кстати?
— Мария… Ольгина Мария Семёновна.
— А я Руслан. Так вот, Мария Семёновна, я, к сожалению, ничего не могу вам обещать. Никто не может. Возможно, я ничем не смогу помочь вашей дочери.
— Я понимаю, — кивнула посетительница. — Но спасибо, что хотя бы хотите попробовать помочь!
Сначала зашли к Марии Семёновне домой. Там ничего сверхъестественного не обнаружилось.
Комната Вали, правда, была похожа на филиал секты: всюду кресты и портреты каких-то мужчин и женщин в готических нарядах, арты с вампирами и украшения с клыками, летучими мышами и подобием кровавых брызг. Чёрные свечи. Пластмассовый череп. Книги Энн Райс и Стефани Майер.
Насколько естественно выглядела Регина в своём чёрном платье, настолько неубедительно смотрелась эта комната. Как декорация в кино про подростков.
Руслан походил по квартире, но никаких следов монстров не обнаружил. Ладно, теперь надо взглянуть на девушку в больнице.
В больнице стало ясно: это точно не просто болезнь. Неподвижное тело худенькой темноволосой Вали опутали потоки тёмной пульсирующей силы. И Руслан совершенно не представлял, что это такое и что с ним делать.
На украдкой нарисованные знаки нечто не реагировало. И даже символы поиска вели себя так, будто здесь нет ничего странного.
Когда они с Марией Семёновной вышли из больницы, Руслан спросил:
— Где ваша дочь была перед тем, как слегла?
— Я не знаю, — покачала головой женщина. — Она же подросток — у неё свои секреты. Я же её друзей не одобряю. Не гоняю, конечно. Всё-таки лучше знать, с кем дочка общается. Но она мне не отчитывается.
— Можете дать их номера? Мне надо поговорить с её друзьями, и…
— Давайте я Алисе позвоню. Она с Валей в одном классе учится, я её родителей знаю. Нормальная же была девочка, а тут… — женщина поджала губы. — Ладно, пусть придёт и объяснится! Со мной-то она не очень хочет разговаривать, но, может, с вами станет…
Мария Семёновна позвонила дочкиной подруге и не то чтобы уговорила, скорее заставила ту пообещать приехать к Вале домой.
— Только давайте я сам с Алисой поговорю, ладно?
— Как хотите. Главное, Валечке помочь.
Алиса пришла не одна. Поддержать её решили двое друзей — тощий недовольный парень и мрачная девушка с красными прядями в тёмных волосах. Все трое в чёрном. Все трое насторожены и недоверчивы.
Хозяйка квартиры явно хотела выставить Алисину группу поддержки, но Руслан не дал.
— Спасибо, что пришли. Мария Семёновна, можно мы в Валиной комнате поговорим?
— Ладно, — неохотно согласилась женщина, глядя на подростков так, будто это они виноваты в состоянии дочери.
Впрочем, может, и правда виноваты.
— Вы кто такой? — воинственно спросила Алиса, единственная светлоглазая шатенка в «тёмной» компании, едва они оказались в комнате с крестами и плакатами.
— Меня зовут Руслан. Я хочу помочь Вале.
