Обыкновенные монстры полностью

– Пыль устремляется к ней не без причин. Что-то привлекает ее, улавливает ее сущность. Что-то… примечательное. Я слышала о таком, но никогда не видела.

– Пыль, – эхом повторила Комако.

Замолчав, ведьма разгладила свой оби.

– Прошу вас, скажите, это я? – взмолилась Комако. – Это из-за меня она болеет?

– С чего бы это быть тебе, девочка? – спросила ведьма тоном, намекающим на то, что ей известно больше, чем она говорит. – Покажи, что ты умеешь.

Комако медленно размотала руки. Влажные ладони зудели. Открывая крышку коробки, она не смогла удержать дрожь.

– Получается не всегда, – прошептала она.

Ведьма подошла ближе, и Комако ощутила запах кислого молока. Девочка замерла, вытянув ладони над коробкой.

– Так вы поможете моей сестре? – спросила она, набравшись храбрости. – Вы должны пообещать.

Ведьма нетерпеливо хмыкнула:

– Это будет нелегко, он-наноко.

– Но ведь хоть что-то вы сможете сделать? Пообещайте.

По лицу ведьмы пробежала тень.

– Да, кое-чем помочь можно, – сказала она, тщательно подбирая слова. – Я сделаю все, что в моих силах. Это я обещаю.

Комако расправила пальцы над открытой коробкой и, ощутив знакомый холод в запястьях, вздрогнула.

А затем пыль плавно устремилась вверх длинным тонким столбиком и образовала в полумрачном воздухе подвижный шар, зыбкий и красивый.

Ведьма не сдержала изумленного вздоха.

Запястья Комако уже заныли. Она устала. Сложив ладони чашей вокруг, она сформировала из пыли подобие крошечной луны, а затем вздохнула и опустила руку – пылевая сфера тут же рухнула вниз, назад в коробку, снова превратившись в неподвижную безжизненную кучку.

– Это правда, – прошептала ведьма, пристально вглядываясь в девочку. – Ты талант.

– Никакой я не… Я – это просто я.

Дрожа, Комако засунула ладони себе под мышки в попытке согреться. Она чувствовала себя совершенно измотанной. Лицо покрывал пот.

– Так вы поможете мне, госпожа?

Ведьма встала на ноги и подошла к краю теплой темноты, заглянула внутрь и произнесла:

– Это та самая девочка. Вы были правы.

– Ко-ма-ко… – ответили оттуда, медленно, по слогам, как будто пробуя имя на вкус. – Да, Маки-тян. Это та самая девочка.

Пошатываясь, Комако встала и попятилась.

В лучах света вдруг выросли две фигуры. Мужчины с Запада. Более высокий из них, с черной бородой, был, несмотря на духоту, одет в длинное черное пальто и крутил в пальцах шелковую шляпу. У него были глубоко посаженные глаза, озабоченно выгнутые брови, зачесанные назад чернильно-черные волосы. От него слегка пахло сажей.

– Не пугайся, – сказал он. – Мы должны были посмотреть, на что ты способна. Я хотел увидеть это собственными глазами. Нужно было убедиться.

Он казался очень высоким. Его спутник с красным лицом, которое постоянно вытирал платком, был заметно ниже.

– Вы кто? – спросила она. – Что вам нужно?

Высокий подошел поближе и посмотрел на лежавшую на татами Тэси, маленькую и смертельно бледную.

– Бедная твоя сестренка. Должно быть, ей очень холодно.

– Что вам нужно? – повторила Комако, уже более сердито.

Она шагнула к Тэси, сжав свои кулачки, не понимая, что иностранцам от нее нужно. Но вдруг ее осенила мысль:

– Вас… вас прислал мой отец?

– О, дитя, – вздохнула ведьма.

Незнакомец не ответил. В его позе и всех движениях ощущалась глубокая сосредоточенность. Медленно склонившись над коробкой с пылью, он снял с рук черные перчатки. Пальцы у него были красивые – изящные и мягкие, молочно-белого цвета. Они задвигались в странных жестах, будто он писал в воздухе невидимые слова. И тут Комако невольно ахнула. Пыль в коробке зашевелилась, заструилась вверх и медленно обвилась вокруг запястий мужчины серебряной лентой. Он держал ее так довольно долго, будто утешая ее, словно живое существо, а затем позволил частичкам плавно опуститься обратно в коробку, накрыл ее крышкой и посмотрел на девочку.

– Я здесь не из-за твоего отца, – прошептал он, поглаживая бороду. – То, что мы с тобой умеем… у нас это называется «талантом пыли», а людей, которые им обладают, мы зовем «повелителями пыли». Наверное, твой дар иногда пугает тебя? Доставляет тебе боль? И ты не можешь контролировать пыль долго, не теряя себя?

Комако лишь кивала, прижав пальцы к губам и боясь произнести хотя бы слово.

– Вот и у меня тоже так, – сказал мужчина с грустью в голосе.

Бородатым мужчиной, конечно же, был Джейкоб Марбер. Только в те дни, когда ему все казалось возможным. Он был моложе.

Когда он вышел из сада ведьмы, уже светало. В грязных улочках за домом царила тишина, на мокрой черепице крыш зданий сидели вороны и настороженно следили за ним. Они с Коултоном поймали рикшу и по ухабистой дороге поехали обратно в гостиницу для иностранцев, мимо темнеющих витрин магазинов и освещенных фонарями переулков. Отовсюду несло разложением. Джейкоб держал в руках свою шелковую шляпу и озабоченно крутил ее, размышляя о девочке Комако и о том, чему стал свидетелем. Его переполняла странная радость. До этого он еще никогда не встречал другого человека, который обладает талантом пыли.