– У тебя в квартире окна выходят на ту же сторону, что и в моей комнате. Я ночью смотрела в окно и представляла, что по-прежнему дома. А в соседней комнате – папа. И ничего из того, что случилось за последний год, никогда не было. – В ее голосе послышались слезы, и Татьяна почувствовала, что сама вот-вот заплачет. Но Дина взяла себя в руки и почти твердо продолжила: – Я решила проверить, действительно ли Азалия ведьма. Мне нужно было убедиться. Ты мне не веришь, я же вижу. И я подумала: вдруг и в самом деле ошибаюсь? Может, она меня и правда травила чем-то таким, что… В общем, подумала, что нужно найти способ узнать наверняка. Ну а еще, если честно, я хотела проверить, срабатывают ли все эти обряды. Может, это полная дурь, и тогда придется придумать что-то еще. Например, к экстрасенсу настоящему обратиться, из тех, что в «Битве» по телевизору участвуют.
«О господи, – вздохнула про себя Татьяна. – Этого еще не хватало!».
– В общем, я нашла в Интернете способы, как выяснить про женщину, что она колдует. Там есть такие смешные… Знаешь, пишут, что если, проходя мимо группы женщин, сложить дулю и засунуть эту руку под мышку, то ведьма обернется и начет ругаться. Или, например, если полить свеженадоенным молоком мусорную кучу во дворе, то ведьма тотчас прибежит, а иначе заболеет. А можно пройти мимо ведьминой двери и плюнуть через левое плечо – тогда она выскочит на улицу.
– Детский сад, честное слово!
– Не такая уж чушь, как выяснилось, – покачала головой Дина. – В одном месте я прочитала, что тому, кто считает себя «испорченным» ведьмой, нужно прийти под утро в церковь, надеть на себя одежду «нитками наружу» – видимо, наизнанку. Встать возле входа и мысленно повторять про себя: «Ты на меня черным глазом ворожила, покоя лишила, покажись!». И тогда вроде бы можно будет увидеть образ ведьмы. Она будет стоять лицом к тебе, спиной к образам.
– И ты ночью потащилась в церковь?! Ну знаешь ли! – Татьяна не находила слов. Неужели девчонка не понимает, как это опасно?
– Я тихонько вышла, никого не встретила. Отошла подальше, вызвала такси и поехала в Варварину церковь. Она всю ночь открыта, я в Интернете прочитала. Там больница рядом, люди приходят молиться за близких, поэтому ее никогда не запирают. Куртку надела наизнанку, зашла. Там еще одна женщина была, стояла перед алтарем, молилась, – Дина шумно сглотнула и почти шепотом произнесла: – Татьяна, я ее видела. Азалию. Прямо там! Я правда ее видела! Ты можешь мне поверить?
Татьяна помолчала, потом кивнула. В то, что Дине могло ночью со страху привидеться все что угодно, она верила. Она всегда была впечатлительной девушкой, стихи писала. К тому же длительное время Азалия делала с ней что-то плохое – пока непонятно, что именно и как, но бесследно такое не проходит. Татьяна почувствовала, как в ней опять поднимается злость на эту бесчестную женщину. Остается надеяться, что Дина со временем успокоится и все прекратится: видения, истерики, слезы, страхи.
– Я стояла там и твердила про себя эти слова, а потом… потом вдруг появилось
– Дина, перестань! – не выдержала Татьяна. Дина вся тряслась, казалось, вот-вот хлопнется в обморок. – Сколько можно над своим здоровьем издеваться?
Девушка не обратила внимания на слова подруги.
– Азалия почему-то показалась мне… царственной, что ли? Величественной. От нее шла сила – такая притягательная, мощная… Невозможно сопротивляться, понимаешь? Мне было страшно, но при этом хотелось смотреть и смотреть, не отрываясь! Такой странный, дикий восторг… Не могу передать! В общем, она стояла лицом ко мне, глядела прямо в глаза, а потом улыбнулась. Мне хотелось заорать от ужаса, но я не могла ни крикнуть, ни пошевелиться. Дышать стало трудно, голова разболелась. Она была так реальна! А потом женщина, которая молилась, повернулась и пошла к выходу. И… прошла прямо сквозь Азалию! Прямо по тому месту, где она стояла! На какое-то мгновение их лица и тела слились в одно, та женщина будто растворилась в ней. И все исчезло. Я выскочила из церкви. Так и сидела на лавочке до самого утра. А потом пришли служительницы – или как их нужно правильно называть? Женщины, которые в церкви работают. Купила молитвослов, свечи и ладан. – Она махнула рукой в сторону тумбочки, на которой стоял пакет. – Сходила, распечатала фотографии и опять вызвала такси. Никто меня не увидел, не волнуйся. Я была очень осторожна.
Дина вдруг зажмурилась, а потом открыла глаза, повернулась и посмотрела на Татьяну. Той стало так жалко девочку, что сердце болезненно заныло. Маленькая, худенькая, настрадавшаяся бедняжка, которая на полном серьезе собралась бросить вызов неведомой силе.
