Марко накрыл ее ладони, поднес их к губам и стал целовать. Чувство, которое нахлынуло на него в эту минуту, было сродни лишь тому, которое до появления в его жизни Вирджинии он знал лишь на треке, проходя крутые повороты на максимально возможной скорости. Это могло означать, что он, независимо от своей воли, начинает влюбляться в Вирджинию Фесту...
— С чего ты решила затеять эту игру? — спросил он, сжав ее руки.
— Хотела побыть с тобой наедине, пока не приедут Кик с Еленой.
— Так это для них поставлены два лишних прибора?
— Да. — Вирджиния внимательно изучала выражение его лица. — Ничего, что я пригласила твоих друзей?
— Все в порядке, — пожал плечами Марко. — Я, правда, несколько удивлен. Прежде тебя вроде бы не очень интересовало то, что в моей жизни связано с гонками.
— На самом деле это не так. Меня интересует все, что с тобой связано. Я просто не хотела, чтобы у тебя сложилось впечатление, будто я тебя преследую. — Вирджиния взяла его за руку и повела за собой.
— Куда мы идем? — спросил заинтригованный Марко.
— Увидишь.
— А все-таки с чем связано... Я имею в виду прятки и это... — Он кивнул в сторону ведерка со льдом.
— Я хотела, чтобы мы оба запомнили этот вечер, так как... — Вирджиния запнулась, все приготовления вдруг показались ей смешными и неуместными. А все из-за того, что она страстно надеялась: узнав новость, Марко останется с ней навсегда.
— Так почему? — напомнил Марко. Вирджиния тряхнула головой и немного натянуто улыбнулась, решив, что новость подождет.
— Давай выпьем по глоточку шампанского.
— А что мы празднуем?
Вирджиния задумалась. А может, Марко уже сам догадался? Ведь ее тошнило последние несколько дней.
— За новый рекорд трека, установленный тобой во время квалификации.
— Но обычно это не повод для празднования. Сама гонка состоится только завтра. К тому же это моя работа.
— Ну что ж, тогда я предлагаю выпить за то, что ты отлично справляешься со своей работой. Ведь сейчас ты лучший гонщик. Так что я хочу поднять бокал за тебя и твои будущие победы.
— Если только немного, — с улыбкой сказал он.
— Совсем чуть-чуть, — кивнула Вирджиния и подняла бокал. — За тех, кто хорошо выполняет свою работу, — провозгласила она, делая небольшой глоток шампанского.
— Кстати, на столе я заметил небольшой сверток, на котором написано мое имя, — заметил Марко, пригубив вино.
— Да, это мой подарок тебе.
— За что?
— За время, которое я отлично провела благодаря тебе.
— Я тоже получил удовольствие от времени, проведенного с тобой. Более того... Сядь, Вирджиния, — сказал Марко, кивая на скамейку.
Вирджиния села, с наслаждением слушая его голос и то, как он произносит ее имя. В его устах, с ударением на другом слоге, оно приобретало новое, экзотическое звучание. Это заставляло ее ощутить себя другим человеком, а не обычной Вирджинией Фестой, которую она привыкла видеть в зеркале.
Марко опустился рядом с ней и взял ее руки в свои. Вирджиния удивленно посмотрела на него, не понимая, что означает этот жест, но продолжала хранить молчание.
Лицо Марко было серьезным, и у нее вдруг сердце замерло в груди от дурного предчувствия. Вдруг он сейчас скажет, что, несмотря на чудесные часы, проведенные вместе, он больше не хочет с ней жить? Конечно, с ее стороны глупо надеяться, что она сумеет стать для него тем, кем он стал для нее. Марка — не просто отец ее будущего ребенка, но мужчина, которому она отдала свое сердце. Ее лицо страдальчески скривилось.
— Что с тобой? — спросил Марко. Вирджиния попыталась взять себя в руки и улыбнуться:
— Все в порядке.
— Ты уверена? — заглядывая ей в глаза, сказал он. — Ты выглядишь так, словно боишься, Что я тебя обижу.
— Тебе показалось, — улыбнулась она через силу и оживленно произнесла: — Ты о чем-то хотел со мной поговорить?
Марко провел рукой по шее, словно подбирая слова.
— Я хотел попросить тебя остаться со мной до конца сезона. Да, мы договорились быть вместе, пока ты не убедишься, что забеременела, но я хочу, чтобы ты подумала над моим предложением в любом случае пожить со мной до октября.
Страх, который оковами сжимал ее грудь, вдруг куда-то исчез.
— С радостью! — воскликнула Вирджиния и выпалила: — Я тоже хочу тебе кое-что сообщить. Я сделала тест...
Марко напрягся.
— И ты говоришь мне об этом только сейчас?!
— Я не могла найти слов. Я беременна. Марко целую секунду смотрел на нее.
Затем его лицо преобразила улыбка.
— Чудесная новость! Значит, полдела по снятию проклятия уже сделано. За это можно выпить еще один ма-аленький глоточек.
— Марко, — осторожно подбирая слова, сказала Вирджиния, — а ты действительно хочешь, чтобы я с тобой осталась?
— Если бы я не был уверен, не предложил бы.
Вирджиния улыбнулась, чувствуя себя так, словно ей дали еще одну небольшую передышку и надежду на будущее.
Прошла половина сезона. Позади остались гонки во Франции, Англии, Германии. В начале августа должен был состояться очередной этап Гран-при.
Вирджиния повсюду следовала за Марко, но после того, как в Германии у нее чуть не случился выкидыш, с ней всегда был врач.
