Н-да.
— Я постараюсь сделать этот Отбор поворотным этапом в его жизни, — а что? Чем смерть — не поворотный этап?
— Мне отрадно это слышать, о прекрасная. Вы найдёте на столе в спальне небольшой знак внимания от господина Кида.
— Тоже комплимент?
— Верно. Надеюсь, вы оцените его. А теперь — не смею вам более докучать. Отдыхайте.
Когда за распорядителем закрылась дверь, я прошла в спальню, осмотрела заставленный цветами и фруктами прикроватный столик, открыла небольшую шкатулку. После, всласть полюбовавшись на роскошный гарнитур, за стоимость которого можно было купить средних размеров особняк, я проверила украшения на прослушку и уделила своё внимание записке.
«Надеюсь, вы предоставите мне повод сделать вам ещё несколько подарков».
Честно, у меня вырвался нервный смешок. Ну до чего же нелепая ситуация! А этот Кио, конечно, поразительно популярный парень: всем от него что-то надо. То убить, то влюбить...
Я бы восхитилась такому, пожалуй, — не окажись сама в это всё погружена по самые кончики острых ушей.
Криво улыбнувшись, я пошла исследовать террасу: вид на горы всё так же манил, завораживал почище волшебной дудочки. Стоит ли удивляться, что спустя пять минут я нашла себя сидящей на парапете — и до стона, до внутреннего звона влюблённой в эти горы? Запах цветов, и свежий ветер, и небо, до которого тут как будто бы можно дотянуться руками… Только окунувшись в эту красоту, тишину и свободу, я поняла,
А стоило ли оно того? Я снова вспомнила, как перед отъездом Ловкач, насмехаясь, положил передо мной череп молодого сида. «Гильдия обещала тебе помочь с поиском брата? Вот, получи и распишись!»
Мне стоило бы предвидеть это, но больно всё равно стало. Я до последнего надеялась. На что, спрашивается? Но останки, хранящие след знакомой магии, всё расставили по местам.
Я подставила лицо ветру.
Скорее всего, мы скоро встретимся с тобой, малыш Алан, на тропинках Лесного Царя. Или в чертогах самой Предвечной. Твоя сестрица влипла по уши, так что — ждать недолго.
Будто в ответ на мои мысли, неподалёку зазвенели колокольчики. Я слегка поморщилась. Разумеется, небольшое святилище, посвященное драконьему Небу. Куда же без него? Так-то ящериц особенно религиозными не назовёшь, но вот момент следования неким Заветам Неба присутствует. Говорят, текст этот они притащили из соседнего мира — такая вот божественная миграция. И по сути пусть бы тащили, если бы не истребляли при этом чужое…
Поджав губы, я сложила руки в традиционном жесте. Думаю, очень давно в этих горах не звали Лесного Царя; так пусть же хоть мой голос прозвучит в Его честь.
Чтобы после мне уйти по Его тропе.
Я не помнила, как уснула, что для меня в целом несвойственно. Но помнила, как проснулась — в кресле на террасе, глядя в темнеющее небо, видя склонившуюся надо мной рогатую тень…
Сначало стало страшно. Потом — спокойно.
— Мой Король. Вы уже пришли за мной? — спросила я тихо. — Спасибо. Это... честь.
— Нет, — этот голос пронзил меня, казалось, до самого нутра. — Твоё время ещё не настало.
Я не понимала.
— Но Вы здесь… Простите мою дерзость, но — почему?
Я не стала добавлять, что все местные Храмы разрушены, идолы повалены, а священные леса — сожжены или заморожены. Это было бы неуважительно. Но Его власть над драконьим краем мала, это знали все. Непросто было бы явиться сюда… но Он пришёл. Ко мне. Почему?
— Как много вопросов. Слишком.
— Простите, — я склонила голову. И вправду, что на меня нашло?
— Не извиняйся, это глупо. В тебе много шума и сомнений, Дайлила Свет Звезды. Ты очень молода. Для того, что я хочу поручить тебе — слишком. Но никто, кроме тебя, не подойдёт.
— Я… я не смею возражать Вам, но не уверена, что смогу выполнить то, о чём Вы попросите, — я сглотнула вязкую слюну, судорожно подбирая слова. — Не подозревайте меня в неуважении, просто ситуация, в которой я нахожусь…
— Мне это известно. Твоя судьба сейчас на распутье. Я пришёл спросить: отдашь ли ты мне её в руки? Безоговорочно? Без сомнений?
Какие тут могли бы быть сомнения?!
— Да, мой Король.
— Да будет же так. Позаботься о том, чтобы имя моё не было забыто. Я же позабочусь о тебе и твоих потомках.
Когтистая рука, холодная и горячая одновременно, легла на моё предплечьё. Возникло чувство, будто что-то необратимо меняется у меня внутри, прямо под кожей.
