Очень драконий отбор полностью

— Да ну, постель ещё пачкать… — он потянулся, выгодно демонстрируя роскошное тело. — Сейчас твой долг уже считается выполненным, так? И ты в целом свободна? Покушение совершено по всем правилам, с чётким намерением. Обычно этого бывает достаточно.

— Да, я свободна… — признаться, я перестала понимать, что у нас здесь происходит.

— Замечательно! — он выглядел очень довольным.

— Вот как? — уточнила я осторожно. Неужели мне повезло нарваться на необычное явление — спятившего дракона?

— Значит, я могу тебя нанять! — выдал этот псих радостно.

Ну приплыли, как говорится.

Так меня тут, значит, вербуют? Страшно и представлять, на какое задание — после такого. С другой стороны, сразу не убивают — и то хлеб.

— Хорошо, — я откинулась на подушки. — И кого же надо убить?

— Убить? О нет, с этим я и сам неплохо справляюсь! — в его глазах демонята пустились в пляс, обещая мне великое множество сомнительных удовольствий. — Я хочу нанять тебя, чтобы ты помогла мне разобраться с конкурсантками. Ну и чтобы брат остался доволен, понятное дело.

Как-то мне нехорошо.

— Под «разобраться» ты подразумеваешь..?

— Не-а, — он ухмыльнулся. — Не тронь ни брата, ни конкурсанток. Что ты! Только мирные методы. Ну, хотя бы относительно.

Я вспомнила своих, с позволения сказать, конкуренток. Представила, как разбираюсь со всем этим мирными методами. И...

— А может, всё-таки арестуешь? — уточнила жалобно.

— И не надейся, — его глаза полыхали в темноте пугающим азартом. — Я тебя пощадил, и ты моя должница. И вот моё желание: ты поможешь мне устроить очень-очень драконий отбор!

О Волос, как же я влипла...

За день до...

-

— А ну посторонись, курица крашенная!

— Сама выдра!

Что, неужели драка?!

Я оглянулась в надежде хоть на какое-то веселье: на этих гастролях курятника, кем-то по недоразумению названных первым этапом драконьего отбора, было невыносимо скучно.

Увы мне, эпического сражения между рыжей бестией воинственного вида и тощей, как жердь, блондинкой не состоялось: распорядители бдели. С каменными лицами они подошли к разбушевавшимся конкурсантакам и предельно вежливо развели агрессивных девиц в разные стороны.

Вот это терпение у ребят, да… Интересно, доплачивают ли им за вредность — на такой-то работе? Я лениво проследила за ними взглядом, отметив походя очень хорошо замаскированную тайную дверь.

Параноики эти драконы, всё же. С другой стороны, так ли это удивительно — если вспомнить общее количество их врагов. Взять вот хоть меня...

— Жалкое зрелище, не так ли?

Мелодичный голос оторвал меня от мыслей.

Нацепив на лицо вежливую улыбку, я повернулась к своей соседке, претендентке на драконий половой орган под гордым номером «тысяча двести сорок три».

Я была номером тысяча двести сорок четыре, если что.

— М-м? — выдала я, понадеявшись, что это сойдёт за осмысленный ответ.

— Они ведут себя, как базарные торговки. Не понимаю, зачем драконы приглашают на серьёзное мероприятие такое… отребье.

Вон оно как… Я присмотрелась к соседке повнимательнее и вынуждена была признать: холёная девица.

— Очевидно, вы с крылатыми владыками по-разному смотрите на этот вопрос, — сказала я мягко.

— Ха, — она тряхнула головой. — Это всего лишь доказывает, что даже достойнейшие порой ошибаются. Вот о чём образованный мужчина-дракон будет с такой базарной девкой разговаривать?

— Я могу ошибаться, но мы им нужны уж точно не для разговоров, — отметила я.

Девушка поджала губы.

— Они не пройдут отборочный тур, я надеюсь, — бросила она. — Находиться рядом с этими… Моя аристократическая честь не выдержит такого позора.

Серьёзно?

— То есть, перспектива стать драконьей содержанкой вашу аристократическую честь никак не трогает?

— Да вы… хамка! — взвилась она.

— Да, — я мило улыбнулась.

Она прищурилась.

— А я ведь могу намекнуть нужным людям, что вы проявляете неуважение к крылатым владыкам, — её голос стал сладок, как патока.

— Я проявляю неуважение к вам, а не к владыкам, — отозвалась я безмятежно. — Или уже мните, что вас выбрали? Так нас тут пять тысяч таких, смею напомнить.

Холёная девица взвилась на ноги.

— С вашего позволения, я освежусь, — процедила она сквозь зубы. — И надеюсь, что к моему возвращению вас здесь не будет.

— Надейтесь, — щедро разрешила я. — Говорят, что надежда — светлое чувство.

Её буквально перекосило от бешенства. Я почувствовала, как моё собственное настроение стремительно повышается: хоть какое-никакое, а развлечение…

— Вы пожалеете о своей дерзости, не будь я Аделина Монтамир! — бросила она и удалилась.

Пф. Деточка, будь ты хоть пупом земли, очень сомневаюсь, что сможешь доставить мне больше неприятностей, чем у меня уже есть.

— Это было занимательно, — ну вот, ещё кто-то решил со мной пообщаться. И снова — человеческая аристократка. Неужели пример этой Аделины был недостаточно показательным? Очередную девушку, породистую брюнетку с белоснежной кожей, я решила просто проигнорировать в надежде, что сама отстанет.

Но не судьба.

— Вас тоже отправила сюда семья, как я понимаю?