— Я, Кьетт-Энге-Дин-Троннер-Альна-Афауэр — и Стренна-и Герцерг ан Свеффер фор Краввер-латта Феенауэрхальт-Греммер-Игис-Маарен-Регг и так далее, ландграф, императорской гвардии поручик, младший курсант военно-магической академии, из мира Флангальд пришелец, желаю взять в жены хейзинскую принцессу Виссу! — Конечно, это у него пышнее поучилось, куда там Ивану! О снурле и говорить не приходится.
— Я, Болимс Влек, практикант-помощник судьи… младший тоже… желаю тоже…
— Приветствую тебя, жених, — тяжко вздохнул король, уже не заботясь о соблюдении церемонии, один демон, все наперекосяк пошло. — Надеюсь, ты последний?!
Вопрос был чисто риторический, так сказать, мысли вслух, но снурл виновато потупился, прошелестел:
— Нет, вот тут у нас еще есть, в корзиночке. Тоже жених.
— Ты смеешься надо мной, юный снурл? — Король скорее опешил, нежели рассердился.
Влек поспешил откинуть крышку.
— Радуйся, принцесса Висса! Ибо я рыцарь Золотого орла, Симиаз Ге-Минрезо по прозванию, Истребитель Драконов намерен взять тебя в жены! — лихо пропищало из корзинки.
«Наглый, зараза!» — подумал Иван с неприязнью, но короля Мешнора его стиль, похоже, не покоробил. Монарх подманил снурла пальцем, с любопытством заглянул в его корзиночку и очень заинтересованно спросил:
— Ты уверен, что это и есть великий герой Симиаз?
— Убежден, ваше величество! — выпалил Влек, зажмурившись для большей убедительности. — Гражданским кодексом клянусь!
— Вот как! — пробормотал король. — Странно, странно! Мне всегда казалось, он должен быть крупнее!
— Заколдован он, ваше величество! Временно уменьшен! — доложил снурл.
Король благосклонно кивнул. Такое объяснение он счел вполне достаточным.
Между прочим, надо было в этот момент видеть принцессу Виссу! Некрасиво-бледная, унылая девица с каждым новым женихом расцветала на глазах! Заалели блеклые щеки, жеманно сложились тонкие губы, в глазах появился победный блеск, а нос задрался на недосягаемую высоту. А как иначе! На девятерых старших сестриц один-единственный жених пришелся, и тот змей! А у нее, принцессы Виссы, отбоя нет от претендентов на руку и сердце, и величайший герой среди них, не беда, что заколдованный, с кем не бывает! Дева сидела и млела, наслаждаясь внезапным успехом, и завистливые взгляды младших сестер приятно согревали спину.
… — Что же, любезная и премудрая дочь моя, пришла пора узнать, кто из этих славных витязей заслужит право повести тебя под венец! Загадывай хитроумную загадку свою!
Дева встала медленно и величаво. Дева одарила женихов благосклонной улыбкой. И молвила с видом чрезвычайно глубокомысленным, с осознанием собственного над женихами умственного превосходства:
— Пусть каждый явится ко мне завтра поутру ни голым, ни одетым, ни обутым, ни босым. А кто отгадает загадку мою всех точнее, тому и стану я верною женою.
— О-о! — простонал Иван. — Свеженькая задачка!
— Не сбивай! — толкнул его в бок нолькр. — Подслушивать мешаешь! — Ему было трудно сосредоточиться, слишком много народу толпилось вокруг. Кьетт до дрожи боялся не справиться. Чужие мысли и образы снова путались в голове.
— Да не парься ты, — ухмыльнулся Иван, позабыв на радостях, что тот невидимый переводчик, который сидит у них в головах, требует очень точного употребления слов и с отклонениями от литературной речи справляется плохо. — Загадка стара как мир! Я ответ знаю!
— Нет уж, я все-таки послушаю, — возразил Кьетт с видом оскорбленного достоинства. — Зря учился, что ли?
Он сконцентрировал внимание, стараясь вычленить из общего гула хоть что-то членораздельное. Сначала выплыло недовольное: «Десять лет одно и то же», «Других загадок разве на свете нет?», «Не иначе, глупа принцесска-то, новую сочинить не может», «Ладно, змей, почитай, свой, а перед чужими-то на кой позориться?» и тому подобное — это досадовали зрители в толпе. Потом откуда-то спереди пришло завистливое: «Да-a, всем один змей достается, а этой!», «Вон женихов сколько привалило!», «И за что некоторым такая удача? Ладно бы хоть красавица была!», «Чем она нас лучше, а?!», «У-у, гадюка бессовестная!» — это любящая родня радовалась удаче сестры. «…Ах ты господи, что же зятю скажем теперь?! Как бы не осерчал, сердешный, если, не попусти боги, из-под носа невесту уведут!» — это переживала ее величество. «…А что? И мы нынче с видными женихами! Чай, не хуже других!» — гордился король. И наконец: «Хи-хи! То-то было бы забавно, когда бы они вовсе голыми пришли! Без ничего прямо! Хоть посмотреть, как
— Дура! — фыркнул Кьетт, нервно дернул покрасневшими кончиками ушей.
— Ты кого ругаешь? — удивленным шепотом спросил снурл.
— Неважно! Потом, все потом! — отмахнулся нолькр. — Идемте отсюда уже!
Начальный этап церемонии завершился, народ постепенно расходился по домам.
