– Кажется, я понял вашу мысль, Ян, – сказал Татор. – Это было нелегко, но я преуспел. Тем, для кого астрархи собрали эту головоломку, отчего-то сильно не нравится мысль, что всякие искатели приключений, вроде нас и нам подобных, будут разгуливать по скоплению, как по буфету. Так сильно не нравится, что они готовы расставить ротаторы всюду, где только можно.
– Это невозможно, – вмешался Феликс Грин. – Один-два ротатора – еще куда ни шло. Но больше… нормальные светила попросту сорвутся с орбит, красивое шаровое скопление схлопнется, устроив неплохую имитацию взрыва сверхновой, и вся работа астрархов – насмарку.
– Согласен, – кивнул Татор. – Не может быть столько ротаторов. Если только…
– Что – если только?!
– Если только в гравитационную конфигурацию тридцати двух светил не вложена комплементарная конфигурация ротаторов. Как ядро в ореховую скорлупу. Не обязательно в том же количестве, но наверняка с точно просчитанной деривацией.
– Но это же адский труд – рассчитать такую орбитальную структуру! – сказал Белоцветов, с интересом прислушивавшийся к дискуссии.
– Это нам с вами адский труд, – заметил Татор. – Астрархи же попросту развлеклись на славу.
После долгой паузы Феликс Грин спросил уныло:
– И что мы с этим можем поделать?
Кратов, давно уже вышедший из забытья, подал голос из своего кокона:
– Должна быть дощатая калитка.
– М-м-м? – отреагировал своим обычным образом Брандт.
– О какой еще калитке ты, Кон-стан-тин, только что… – начал было Татор.
– Штатный портал.
Все лица обратились к нему, даже Мадон с Белоцветовым выбрались из своего закутка и теперь стояли, взирая на него с надеждой.
– Астрарх Лунный Ткач не просто так назвал мне планету, – продолжал Кратов, – не просто так поместил туда наш приз. Это была одна из его шуточек, но одновременно и ребус для смышленого недоросля. Он не стал бы подсовывать мне неразрешимую задачу, это не его стиль.
– Что вы знаете о стиле астрарха, Консул… – пробормотал Мадон.
– Те, для кого создано шаровое скопление, вряд ли намного превосходят нас с вами в сообразительности. Хотя судить об этом я, если честно, не могу. Кто знает… Но если я что-то понимаю в механизмах Галактического Братства, астрархи непременно устроили бы штатный портал там, где он будет нужен более всего.
– Если портал существует, – осторожно произнес Белоцветов, – как мы его найдем?
– Меняем тактику, – пожал плечами Элмер Э. Татор.
– Никаких больше штопальных игл, – весело сказал Феликс Грин. – В ход пускаем тактику «белого носорога».
– Это еще что? – поразился Мадон.
– А вот что: закрываем глаза и ломим вперед до упора!
– Не совсем ломим, – поправил его Татор. – И не так чтобы до упора. Подходим к скоплению как можно ближе, нацеливаемся в самую его сердцевину и ныряем в экзометрию. Если Кон-стан-тин прав, штатный портал перехватит нас и выбросит возле Таргета.
– При всем уважении, – упрямо сказал Мадон. – А если Консул ошибается?
– Тогда мы проскочим шаровое скопление насквозь и окажемся неизвестно где, – оживленно сообщил Феликс Грин. – Маккорна, Посох Святого Патрика… у черта в заднице. Только и всего. Большое дело! Девяносто процентов неуправляемых выходов в субсвет завершаются в Темном Царстве, а я всегда мечтал глянуть на преисподнюю хотя бы одним глазком.
Брандт разразился ублаготворенным хмыканьем.
– Согласен, – сказал Татор.
– Согласен, – отозвался Грин.
– Угу-м-м, – подтвердил Брандт, очевидно, исчерпав годовой запас членораздельной речи.
– Ввиду особой сложности последнего этапа на сей раз я обязан предложить тебе, Кон-стан-тин, комфортно разместиться в гибернаторе, – сказал Татор.
– Чтобы вы чудили тут без меня? – усмехнулся Кратов. – Да ни за какие пряники!
…Мысль о гибернаторе представилась ему чрезвычайно соблазнительной спустя четверть часа после того, как «Тавискарон» в субсвете вошел во внутренний контур гравитационного прибоя вокруг шарового скопления Триаконта-Дипластерия. И за пять минут до того, как после особенно крутого гребня гравитационной волны он лишился чувств, как девчонка…
