Ксенологи стояли по грудь в сочной траве и разговаривали с очень худым человеком в белых одеждах, имевших вид кусков грубой ткани, небрежно обмотанных вокруг торса. На прокаленной солнцем лысине пришельца серебрился аккуратный пушок. Феликс Грин, ошалев от восторга, гладил обеими руками по серому боку совершенно невообразимое животное, гибрид слона и коровы. Животное печально глядело на него выразительными карими глазами, не упуская отправлять в просторный рот охапки травы при помощи двух тонких хоботков. На мускулистую шею чудища был надет кожаный ошейник с металлическими бляхами, поводок от которого тянулся к руке незнакомца.
– Знакомьтесь, доктор Кратов, – сказал Ветковский. – Это представитель местных органов самоуправления.
– Меня зовут Леопольд Палеолог, – слегка поклонился тот, и Кратов вовремя придержал потянувшуюся было для приветствия руку. – Хотя в пределах божественной Амриты я предпочитаю имя Махааматра Вивекавант. – Пришелец бросил короткий иронический взгляд на Кратова и уточнил: – Палеолог – это фамилия, а не профессия… А вы тот самый легендарный Галактический Консул Кратов?
– Так уж и легендарный, – сказал Кратов сдержанно.
– Большинство легенд, – заметил Ветковский очень серьезно, – это искаженные в силу экзометральных эффектов анекдоты.
– К тому же бородатые, – игриво добавил Урбанович. – В силу темпоральных возмущений.
– Я готов оказать вам всемерное содействие, – невозмутимо продолжал Палеолог. – Если, разумеется, вы в нем нуждаетесь. Конечно, заглядывать в глаза своему «Я» гораздо интереснее, но кому-то надо заниматься и административной деятельностью, свои долги обществу следует возвращать… Что же привело вас в наш мир?
– Нас? – Урбанович переглянулся с Ветковским. – Собственно, мы здесь проездом.
– В таком случае вы не ошиблись в выборе места для промежуточного финиша. Здесь вы отдохнете душой и телом, и мысли ваши очистятся, дабы засверкать подобно ограненным алмазам. – Урбанович поморщился, Ветковский же просветлел ликом и сказал: «Мои мысли уже кристаллизуются! И образуют осадок!» – Хочу предупредить почтенных гостей, что все животные планеты Амрита безопасны для человека, все плоды съедобны, климат всегда пригоден для проживания на открытом воздухе. Поэтому у нас нет гостиничных сетей и ресторанов. Впрочем, любители синтетической пищи найдут все необходимое в помещении космопорта. Или вот здесь, – Палеолог показал на хижину, – в Праджагаре.
– Так это не населенный пункт, – удостоверил Кратов.
– Разумеется, нет. На божественной Амрите нет ни городов, ни деревень. Праджагара – это, если угодно, очаг традиционной цивилизации. На случай, если кому-то понадобятся ее плоды.
– Все это чрезвычайно мило, – промолвил Урбанович без особого воодушевления. – Располагайтесь, Лев.
– С вашего позволения, я займу одноместный номер под тем свободным от постояльцев деревом, – объявил Ветковский. – До обеда прошу не беспокоить. И если уважаемый хозяин уточнит некоторые детали…
– Ручей с питьевой водой в десяти шагах отсюда, – незамедлительно сообщил Палеолог. – Для умывания сорвите лист любого растения, все они выделяют влагу с весьма изысканным ароматом. Для остальных прихотей существует Праджагара.
Феликс Грин, бормоча что-то ласковое, продолжал оглаживать слонокорову, и та, изредка поворачивая тяжелую страшноватую морду, лениво проводила по его руке шершавым, зеленым от травы языком.
Закончив инструктаж праздных ксенологов и выдержав паузу, достаточную для того, чтобы они удалились на расстояние, исключающее случайное подслушивание, Палеолог взял Кратова под руку и внимательно заглянул в лицо.
– Я к вашим услугам, уважаемый Галактический Консул, – сказал он, улыбаясь.
Кратов смущенно засмеялся:
– Ценю вашу проницательность. Только не величайте меня Галактическим Консулом. Это слишком длинно и тяжеловесно. Обычно ко мне обращаются по имени или просто называют Консулом. Этот древний термин по смыслу все же мало соответствует характеру моей деятельности в Галактическом Братстве.
– В дипломатической терминологии прошлого есть своя непреходящая прелесть, – сказал Палеолог. – Я историк и смею заверить, что ваша профессия немногим отличается от того, что некогда вкладывалось в понятия «консул», «посланник», «посол»… Согласитесь, что «Галактический Консул» звучит гораздо приятнее уху, нежели «эксперт-ксенолог энного класса». Итак, что привело вас, персону чрезвычайно занятую делами космического масштаба, в наш тихий уголок мироздания?
– Я хотел бы видеть одного человека, прибывшего на Амриту примерно два месяца назад, – выжидательно произнес Кратов.
– Ежемесячно на Амриту прибывает около десятка человек. Однако я, кажется, берусь утверждать, что вас интересует тот, что называет себя Виктором Сафаровым.
– Вы читаете мысли? – кротко осведомился Кратов.
