— Слышал я и согласен, что мы ничего о противнике не знаем, об их внешности и возможностях, об их обществе, оружии и истинных намерениях. Поэтому я предлагаю увеличить наш потенциал.
— В каком смысле? — подал голос Тайр.
— Глядя, как лихо Кен модернизирует громадину рейдера, я подумал, а почему бы ему не создать оружие последнего шанса. Например, торпеды. К тому же наши все вышли.
— Проблематично это, — пригорюнился Болк.
— Ничуть, — ответил я. — Движитель и носитель Кен создаст в синтезаторе и модификаторе, а начинка — бербон, райт и… ртуть.
— Да, ты что! — вскочили Болк и Тайр, потом сели и задумались. — А впрочем…
— Значит, отлёт опять откладывается, — вздохнул Отила.
— Почему откладывается? — появилась вдруг голограмма Кена. — Неужто опять что-то затеяли?
И я изложил большому другу свои милитаристские мечты и соображения.
— Шибко опасно, — озабоченно проговорил Кен. — Хотя в целом Очер прав, и идею нужно обмозговать. Тут у меня другая тема образовалась. С кормёжкой рорка я разобрался, набрал полсотни тонн органики. Проблема с его защитой.
— А его чешуя разве не защита? — влез в разговор Отила.
— Защита и неплохая, — сказал Кен, — я проверил — твёрдость легированной стали. Однако плазму не сдюжит, а, если что покруче, так и вовсе.
— А что если… — запнулся Болк.
— …модернизировать чешую рорка торсионным полем, — закончил мысль Тайр.
— Живого рорка, модернизировать… — задумался Кен. — А почему и нет? Полагаю хуже ему не станет. Они сейчас в кают-компании. Пойду предложу. — И голограмма исчезла.
— Во ещё одна проблема, — проговорил Болк, — откуда только берутся?
А я встал и вышел в проход и по трапу спустился на травку. Рейдер стоял в сотне метров от обрыва, и я направился к его краю. Ровная, словно срезанная гигантским ножом стена уходила вниз на полверсты. Даже смотреть туда было страшно. Океан накатывался из-за далёкого горизонта и миллион лет упорно бился об эту стену, надеясь выбить из неё хоть кусочек. Тёмно-синяя вода свидетельствовала, что от самого уреза начинается значительная глубина. Я смотрел, и меня не оставляла мысль, что весь этот чудесный полуостров со всеми красотами, живностью, непроходимыми горами и неприступным обрывом с воды создан искусственно какими то могущественными силами, которые способны вздымать горы и ровно обрезать берега. Как много мы ещё не знаем о тайнах вселенной и её обитателях. Вернее, почти ничего не знаем. Ковыряемся в своей песочнице, строим куличики из песка и надуваемся от гордыни, что достигли вершины познания. Живём потихоньку в городках и деревеньках, возимся в земле, ворчим на власти и наслаждаемся маленькими радостями. И ничего плохого я в том не вижу. Для кого-то это и означает жизнь. И слава богу, и на здоровье. А кому-то этого мало. Они ходят, бродят, ищут смыслы, пытаются что-то понять, что-то придумать, поднять себя за волосы из болота. А то, что произошло со мной, это не исключение, это вообще, бог знает, что такое. Признаюсь вам по секрету, что, не смотря на все мои здешние приключения и ощущения, я изредка щипаю себя за руку, сомневаясь, реальность это, или я сплю.
От размышлений меня оторвал Отила.
— Эй, Очер, — он пощёлкал пальцами у меня перед носом, — очнись. Кен просит подойти. Вроде у них там всё срослось.
Я поднялся, кивнул и мы пошли к рейдеру. В аппарат заходить не пришлось. На трапе появились Элна, за ней огромный кот, потом вышла Уника. Двух последних я узнал не сразу. Уника теперь мало отличалась от Элны, только волосы потемнее и рост повыше. Серебристые доспехи отливали перламутром, как у всех нас, и единственным отличием была белая косынка, повязанная на шее. А вид рорка и вовсе потряс воображение. Теперь его чёрно-серая чешуя переливалась всеми цветами радуги в зависимости от угла зрения. Его шею охватывал широкий ошейник с блоком-генератором торсионного поля. Артер и раньше выглядел потрясающе, а сейчас это вообще был какой-то невообразимый шедевр природы, воплощающий необоримую мощь и силу.
В проёме рампы маячила голограмма Кена, который ворчливо проговорил по связи:
— Надеюсь, теперь проблем больше нет. Ах, да, ещё новые торпеды… Придётся подождать ещё один оборот. Элна, Тайр, жду вас в рубке. Нужно кое-что обсудить.
Оставшись втроём мы сняли доспехи и разбрелись кто куда. Отила шмыгнул между цветущими кустарниками и исчез в холмах. Болк завалился в тенёчке и вскоре захрапел. Я вернулся к обрыву, сел на травку и принялся разглядывать бескрайний водный простор, вид которого успокаивал и навевал мысли. А мыслей у меня появилось немало, и одна из них обещала стать весьма любопытной. Мне подумалось, а почему бы физику торсионного поля использовать не для обороны, а для нападения. Привлекал сам принцип активного усвоения внешней энергии и её преобразования. Идея витала где-то рядом, но в руки пока не давалась.
