Во II–I вв. до н. э. сарматская инфильтрация захватывает и Крым. С этого времени сарматы четко прослеживаются в некрополе столицы поздних скифов — города Неаполя. Судя по южной ориентировке погребенных, эта волна сарматов проникла в степной Крым из Подонья и украинских степей, т. е. скорее всего через Перекопский перешеек (26, с. 148–149; 27, с. 158). Другая волна сарматов двигалась в восточную часть Крыма через Боспорский пролив из Прикубанья. В III в. до н. э. на территории азиатского Боспора появляются сарматские подбои; несколько позднее они оказываются и и европейской его части. В I в. н. э. сильная инфильтрация сарматов Боспора прослеживается на материалах некрополя Неаполя, и исследователи отмечают наличие сармато-северокавказских элементов в Таврике (26, с. 149–150; 28, с. 147). Таким образом, намечается возможность говорить о двух путях и двух разновременных этапах сарматского заселения Крымского полуострова, причем эти сарматские элементы не идентичны.
Процесс сарматизации Боспора прослеживается не только в археологических (9, с. 324–325; 29, с. 69), но и в ономастических материалах — многие личные имена жителей Боспора имеют иранское происхождение (30, с. 80–95; 31, с. 310, 314, 320, 323–325, 370 и др.), в тоже время происходит встречный процесс эллинизации, и многие сарматы носят греческие имена (32, с. 61–79) и приобщаются к античной культуре.
Сарматская волна, захватившая Таврику, была настолько сильной и активной, что в первые века н. э. здесь возникают города с иранскими наименованиями. На западном побережье Крыма это город Дандака, упоминаемый Птолемеем и Аммианом Марцеллином (3, с. 240; 2, с. 288). Этимология названия «Дандака» явно иранская; по В. И. Абаеву, в основе его лежит иран.
В восточной части Крымского полуострова в тот же период возникает город Ардавда, о котором в V в. сообщает анонимный перипл Понта Эвксинского (Черного моря. — В. К.). Это нынешняя Феодосия: «Ныне же Феодосия на аланском или таврском наречии называется Ардабда, т. е. Семибожный. В этой Феодосии, говорят, жили некогда и изгнанники из Боспора» (37, с. 235). Анонимный автор перипла знал точный перевод названия города, ибо Ардавда по-древнеирански действительно означает «семибожный» (33, с. 155; 38, с. 26) — аланы вполне могли иметь прямое отношение к появлению этого города. В этой связи обратим внимание на свидетельство перипла о том, что в Феодосии «некогда», т. е. для автора V в. давно, жили изгнанники из Боспора. Что это за изгнанники? Некоторые ученые полагают, что' в начале II в. Феодосия подверглась нападению алан, что привело город к временному обезлюдению (9, с. 369). Выше мы отмечали, что одна из волн сарматской миграции в Таврику шла через Боспор. Не были ли аланы, опустошившие Феодосию в начале II в. и давшие ей имя на своем языке, этими сарматскими переселенцами из Боспора? Разумеется, ответ на этот вопрос не может быть однозначным, возможны и иные предположения, но предположение о связи боспорских сарматов с разрушившими Феодосию аланами кажется вполне допустимым.
Тогда же на карте Таврики появляется и город Судак, по церковному преданию, основанный в 212 г. (39, с. 815) и ставший впоследствии одним из важнейших портов Северного Причерноморья. Как показал В. В. Бартольд, современное название Судак восходит к древнему названию Сугдак (XIII в.) — аланский Согд (название бассейна р. Зеравшан в Средней Азии, вариант — Согдиана). «Название этого аланского «Согда» до сих пор сохранилось в крымском городе Судаке», — пишет по этому поводу В. В. Бартольд и тут же отмечает, что уже знакомая нам страна алан Яньцай, или Алания, упоминается под третьим китайским названием Судэ (39, с. 814). По-ирански «сугда» означает «чистый», «святой» (40, с. 56), т. е. функция первоначальных иранских имен Ардавды и Сугда совпадают — они носят культовый характер.
