Я: «А в Гмундене, когда ложился спать, ты трогал свою пипиську?»
Ганс: «Нет, еще нет. В Гмундене я так хорошо спал, что вообще об этом не думал. Только на старой квартире и теперь».
Я: «А Берта никогда не трогала руками твою пипиську?»
Ганс: «Нет, потому что я ее не просил».
Я: «А когда тебе этого хотелось?»
Ганс: «Кажется, один раз Гмундене».
Я: «Всего один раз?»
Ганс: «Ну, много раз».
Я: «Итак, она смотрела, как ты делаешь пи-пи. Может, ей было любопытно узнать, как ты это делаешь?»
Ганс: «Или узнать, как выглядит моя пиписька».
Я: «Но и тебе тоже было любопытно, верно? Ты подсматривал только за Бертой?»
Ганс: «За Бертой и Ольгой».
Я: «А еще за кем?»
Ганс: «Ни за кем».
Я: «По-моему, ты врешь. А как же мама?»
Ганс: «Ну, и за мамой, конечно».
Я: «Но теперь тебе больше не интересно, так? Ведь ты знаешь, как выглядит пиписька Ханны».
Ганс: «Но она же вырастет, правда?»[162]
Я: «Да, конечно… Но когда вырастет, она все-таки будет отличаться от твоей».
Ганс: «Это я знаю. Он будет такой же, как сейчас, только больше».
Я: «В Гмундене ты подсматривал, как мама раздевается?»
Ганс: «Да. А когда купали Ханну, я видел ее пипиську».
Я: «И мамину видел?»
Ганс: «Нет».
Я: «Почему тебе противны мамины панталоны?»
Ганс: «Не все, только черные. Когда она их купила, я увидел и плюнул. А когда она надевала и снимала другие, я не плевался. Я плевал потому, что эти панталоны черные, как ка-ка, а желтые – как пи-пи. Когда я смотрю на них, мне хочется делать пи-пи. Когда мама носит панталоны, я их не вижу, потому что сверху она надевает платье».
Я: «А когда она раздевается?»
Ганс: «Тогда я не плюю. Но когда панталоны новые, они похожи на ка-ка. А когда они старые, краска сходит и они становятся грязными. Когда их покупают, они новые, а когда их не покупают, они старые».
Я: «Значит, старые панталоны не вызывают у тебя отвращение?»
Ганс: «Когда они старые, они чернее, чем ка-ка, разве ты не знаешь? Чуточку чернее»[163].
Я: «Ты часто ходил с мамой в уборную?»
Ганс: «Очень часто».
Я: «Тебе там было противно?»
Ганс: «Да… Нет!»
Я: «Тебе нравилось смотреть, как мама делает пи-пи или ка-ка?»
Ганс: «Очень нравилось».
Я: «Почему?»
Ганс: «Не знаю».
Я: «Может, ты думал, что увидишь пипиську?»
Ганс: «Да, наверное».
Я: «Почему ты в Лайнце не ходишь в уборную?»
(В Лайнце он всегда просит, чтобы я его не водил в клозет. Один раз он испугался шума воды из сливного бачка.)
