5-й кавалерийский корпус захватил Конотоп и Бахмут, прервав прямую связь Киева с Москвой, в то время как второй армейский корпус, двигаясь обоими берегами Днепра и опрокидывая 14-ю армию противника, шел к Киеву и Белой Церкви. И 17 августа войска генерала Бредова форсировали Днепр и вошли в Киев одновременно… с галичанами Петлюры, наступавшими с юга.
Так же успешно продвигались войска генерала Шиллинга. Овладев в начале августа, при деятельной помощи возрождавшегося Черноморского флота, Херсоном и Николаевом, корпус продолжал движение на Вознесенск и Раздельную. 12-я советская армия, стоявшая на фронте Киев – Одесса – Херсон, была отвлечена к востоку, в Одессе царила паника. В ночь на 10-е наша эскадра капитана первого ранга Остелецкого, совместно с судами английского флота, появилась внезапно у Сухого Лимана и высадила десант[123], который, соединившись с восставшими одесскими офицерскими организациями, при могучей поддержке судовой артиллерии захватил город, прервав эвакуацию его[124].
В дальнейшем войска Киевской области и Новороссии наступлением с севера, востока и юга постепенно занимали территорию между Днепром и Черным морем. Остатки правобережной группы 14-й советской армии ушли за Днепр, части 12-й армии пробились к Фастову.
В то время, когда происходили эти события, главное ядро Добровольческой армии генерала Май-Маевского, нанося тяжелые удары советским армиям, двигалось на Москву. 7 сентября 1-й армейский корпус генерала Кутепова, разбив на голову 12 советских полков, взял Курск… 17-го генерал Шкуро, переправившись неожиданно через Дон, захватил Воронеж… 30-го войска 1-го корпуса овладели Орлом и продолжали движение к Туле… В начале октября 5-й кавалерийский корпус генерала Юзефовича взял Новгород-Северск…
На всем фронте войска Добровольческой армии захватывали десятки тысяч пленных и огромные трофеи.
Удар, нанесенный советским командованием правой группой Южного фронта, завершился ее поражением…
Разгромленные в первый период революции правые организации – новые и занесенные рядом эвакуации из Москвы, Киева, Одессы – широко раскинулись на территории Вооруж. сил Юга.
Крайние правые партии группировались, главным образом, вокруг «Русского собрания» в Ростове[125], имея в своих рядах проф. Озерова, Замысловского, Образцова, Лутковского, Всеволожского, ген. Комиссарова и др. В период атаманства ген. Краснова «Русское собрание» действовало открыто, обладало большими средствами и поддержкой со стороны власти; при ген. Богаевском оно работало конспиративно и добывало средства доходами от азартной игры в клубах. Идеология его известна, отношение к нашей правительственной политике было сугубо отрицательным, а сфера действий – преимущественно военная (офицерская) среда. В стороне, но в тесной связи с Собранием стояла строго конспиративная организация, пока недостаточно освещенная, – «Анонимный центр». Ячейки его были якобы во всех войсковых частях, и в числе прямых или духовных закулисных руководителей называли некоторых старших генералов.
К тому же лагерю принадлежало основанное известным священником Востоковым «Братство Животворящего Креста». Официальный его устав гласил о духовно-нравственном воспитании народа, христианской взаимопомощи и защите святой православной веры. Фактически цели его были чисто политическими – борьба с «жидомасонством» и восстановление абсолютной монархии. Высший церковный совет относился совершенно отрицательно к братству и его не утвердил. Тем не менее Востоков имел известное влияние на народ и собирал прозелитов своими проповедями – элементарно-демагогическими, но отвечающими настроению момента. Негласно он издавал листовки и брошюры и совместно с ген. Нечволодовым пытался организовать в армии подпольные боевые дружины – «орден св. Креста», – затея, не имевшая, впрочем, никакого успеха.
Большая часть этих организаций имела ярко германофильскую окраску; непосредственно или через «салон графини Игнатьевой», перенесенный в Новороссийск, они сообщались с однородными зарубежными группами и исподволь сеяли вражду к союзникам и идиллические ирреальные надежды на помощь Германии. Одни из деятелей этого рода руководствовались корыстными побуждениями, будучи оплачиваемы Берлином, другие работали bona fide[126].
Работа крайних правых организаций, преимущественно подпольная, находила пути в народ и в армию не только через их ячейки, но и через… правительственные учреждения. Любопытна в этом отношении переписка двух столпов «Русского собрания».
