— Я не мальчик на побегушках, — проворчал генерал. — У меня есть важные новости для обсуждения. — Он замолчал, повернувшись к Гилвину. — Но это не для посторонних ушей.
Гилвин скорчил гримасу.
— Так мне выйти, Фиггис?
— Быстрее, — скомандовал генерал.
— Ну ладно, — сдался Фиггис. — Гилвин, оставь нас на несколько минут. Почему бы тебе не поискать карты, о которых я просил?
— Хорошо, — ответил Гилвин. Спорить не имело смысла, так что он вышел, правда, неплотно прикрыв за собой дверь. Он сделал несколько шагов прочь от кабинета, завернул за угол, а затем на цыпочках вернулся и приложил ухо к двери. Вначале он услышал неразборчивый шум, усиленный каменными стенами коридора. Потом понял: говорит генерал Трагер, и голос его звучит громко и четко:
— Времени не остается, Фиггис. Акила принял решение. Я уже организую подразделения и сам поведу их.
— Подразделения? — завопил Фиггис. — Сколько же человек вы берете?
— Достаточно, чтобы победить джадори, будьте уверены. Если они встанут на пути в Гримхольд, мы уничтожим их!
— Нет! Вы не должны затевать кровопролитие!
— Это уж не вам решать. Акила хочет, чтобы все было так. Ему нужен амулет, а неудачи он не потерпит.
— Трагер, джадори никому не угрожают, — продолжал Фиггис. — Вы же знаете. И можете убедить Акилу.
— Акила не хочет повторения прошлого фиаско, Фиггис. Вот почему он посылает армию. Если джадори знают, где находится Гримхольд, то, я уверен, сообщат нам.
Наступила долгая пауза. Гилвин придвинулся ближе, напрягая слух.
— Мне нужно еще время, — произнес Фиггис. Голос его звучал тише. — Если я узнаю больше о Гримхольде, может быть, я смогу убедить Акилу не вторгаться в Джадор. Может быть, докажу, что в армии нет нужды.
— Не тратьте силы. Если вы будете добиваться мирного исхода, я встану против вас. Акила мудро делает, посылая армию. Я уже сказал ему об этом.
— О, конечно, вы сказали. Все, что угодно, лишь бы начать побоище!
— Попридержите язык, — процедил генерал. — И занимайтесь тем, что вам скажут. Продолжайте поиск. И о том, что обнаружите, доложите мне, ибо я занимаюсь подготовкой к походу.
Разговор, казалось, подошел к концу, так что Гилвин начал отползать. Вдруг дверь распахнулась. В зале загрохотали тяжелые шаги. Недолго думая, Гилвин нырнул в альков и скрючился, стараясь, чтобы генерал Трагер и его подчиненные прошли, не заметив его. Они едва миновали альков, когда за ними устремился Фиггис. Гилвин вжался в стену; его легко могли увидеть.
— Скажите Акиле: пусть забудет о своих планах, — закричал Фиггис. — Я не стану вести поиск, если он не откажется от вторжения!
Генерал Трагер повернулся на каблуках. В его голосе зазвучала угроза:
— Конечно, станете, Фиггис. Вы же сами знаете, что случится с вашими обожаемыми джадори, если вы откажетесь!
— Вы чудовище! — взвизгнул Фиггис.
Генерал расхохотался.
— Вы всегда так думали, не правда ли? Вы и ваш любимец женщин Лукьен. Ну так вот, я слов на ветер не бросаю. Только откажитесь от сотрудничества — и я покажу вашему Джадору, какое я чудовище!
— Вы все делаете, лишь бы досадить мне, — бросил Фиггис. — Вы просто ревнивый ублюдок, Трагер. И всегда им были.
— К чему эти споры, Фиггис? Мы же все хотим одного. Вы желаете найти амулет так же сильно, как и Акила.
— Нет, — отрезал Фиггис. — Чего я никогда не хотел, так это резни. Великое Небо, в прошлый раз мы убили жену Кадара! Разве этого недостаточно?
— Ах, — фыркнул генерал. — С такими сантиментами разве мы сможем решить проблему? — Он снова повернулся и пошел прочь по коридору. На ходу он крикнул через плечо: — Делайте свое дело, Фиггис. И доложите мне через неделю!
Он оставил рассерженного ученого одного в зале. Гилвин наблюдал за учителем, стараясь не выдать себя. Фиггис покачал головой, беззвучно ругаясь. Усталость на его лице уступила место отчаянию. А потом — о чудо! — он заговорил:
— Гилвин, давай, выходи оттуда!
Гилвин похолодел.
— Я знаю, что ты здесь, я видел тебя.
Не говоря ни слова, парень вышел. Фиггис даже не посмотрел на него.
— Очень глупо было подслушивать. Если бы Трагер обнаружил тебя, он живьем содрал бы с тебя шкуру!
— Фиггис, прости меня, я…
— Не нужно ничего говорить, Гилвин. И не задавай мне вопросов о том, что ты услышал. Понимаешь?
— Да, — кивнул ученик. — Но…
— Достаточно, — проворчал Фиггис. — Ни слова больше. — Он все еще не смотрел на Гилвина, просто повернулся и зашел в кабинет.
Сконфуженный, Гилвин стоял посреди коридора, как статуя, но в голове его роилось множество вопросов.