– Кедрик хороший парень, – снова попытался Джейк, помолчав и пнув ногой старую коробку от пиццы. – И я уже сказал ему, что мы продадим ему машины.
Валли покачала головой и укоризненно взглянула на Джейка:
– Не надо было этого делать.
– Ну черт, я уже сделал.
– Ха, – сказала Валли, стараясь сохранить спокойствие и скрыть охватившее ее раздражение. Она не хотела обидеть Джейка. – Значит, в следующий раз, когда у нас будет что продать, мы отвезем ему. А сегодня едем к Панаме.
– Что за дерьмо, Валли! Почему ты все решаешь? – спросил Джейк заносчиво. – Меня это достало.
Тэвин и Элла спокойно и молча наблюдали этот бунтарский порыв Джейка, уже ставший своеобразным ритуалом, повторявшимся много раз прежде.
– Ладно, Джейк, пофиг, – сказала Валли. – Хочешь поменяться – пожалуйста, я устрою себе отпуск. Пару недель ты будешь главным. Придумывай, где нам взять денег, так, чтоб не попрошайничать все время, как все эти бомжи на улице, и где нам ночевать, если не спускаться в тоннели, и как сделать так, чтоб нас не надули, когда нам надо что-то продать. Только убедись сначала, что у тебя хороший план, Джейк, потому что, как ты помнишь, было время, когда мы все пошли за Ником и чуть не пропали.
Никто больше не сказал ни слова. Валли отвернулась от Джейка, в глубине души понимая, что ему нужна некоторая разрядка. Джейк шаркал подошвами по асфальту, пытаясь выпустить пар. Он снова пнул коробку от пиццы, она упала в канаву, полетели грязные брызги.
Валли всегда нравились парни, склонные к идеализму, к абстрактному мышлению – Джейк таким не был. Его мир был исключительно материален. Он был типичным образцом американского старшеклассника-качка, с горящими голубыми глазами, часто спрятанными за тем, что он называл «волосами Самсона», – нечесаной пепельной, сильно отросшей военной стрижкой, на которой когда-то настаивали его учителя в Огайо. Он поддерживал физическую форму нападающего – тайком выполняя отжимания, подтягивания и скручивания, когда мог улучить момент, – и даже носил школьную куртку, лиловую, шерстяную, с белыми кожаными рукавами и большой буквой «P» спереди, которую откопал на развале Армии Спасения за доллар и семьдесят пять центов.
Джейк понятия не имел, какая школа имеется в виду под «P», ему это было безразлично. Валли и компания знали, что Джейку этот простой предмет одежды был важен как напоминание о сытой и спокойной жизни, которую он вел до того, как его родители и сестра погибли в автокатастрофе, оставив его на попечение родственников, возмущенных его присутствием в их доме и не устававших напоминать ему об этом.
Джейк решил эту проблему за них, сбежав автостопом из Огайо и в одиночку добравшись до Нью-Йорка. Он привык к уличной жизни, к тому, что Валли главная в их команде, но иногда его прежнее школьное сознание давало о себе знать внезапными протестами против того, что девчонка принимает решения за него.
– Наплевать, – сказал Джейк наконец, проглотив обиду. – Пошли.
Он покатил тележку к Риверсайд-парку, с силой налегая на нее, чтоб она ехала прямо, несмотря на искривленные колеса.
Элла шла рядом с ним, как обычно, то широкими шагами, то пританцовывая и тихо напевая на ходу, она всегда неизменно ходила за Джейком, словно луна по своей орбите. Когда они вот так шагали вместе, Валли чувствовала зависть. У нее были власть и уважение, которые она заслужила, взяв компанию под свой контроль после Ника, но из-за этого между ней и остальными образовалась явная дистанция. По крайней мере, иногда ей так казалось.
Как будто поняв, что ей одиноко, Тэвин подошел ближе и слегка толкнул в бок, сбив ее с ровного шага.
– Хороший денек, – сказал он. – Крыша над головой, деньги на подходе. Мы процветаем.
– Да, вроде того, – согласилась Валли, не особенно уверенная в этом.
– Я хочу есть, – заявила Элла, обернувшись.
– Какая неожиданность, – иронично заметил Тэвин.
Элла была голодна всегда. Как птичке колибри, ей постоянно требовалась дозаправка высокооборотистого двигателя.
– Можем залезть в неприкосновенный запас и потратить немного резервных денег на «Мити Файн», если хотите, – предложила Валли.
– Ура, – возликовала Элла и стиснула руку Джейка. В продуктовом фургоне в Гарлеме продавали Джейкову любимую жареную курицу, и такой завтрак явно означал, что Валли предлагает мир. Джейк обдумал предложение и после недолгих колебаний повернулся к Валли и слегка кивнул.
