Книга продолжает серию «Школа самопознания», выпускаемую Академией Самопознания, и является вторым томом трехтомника «Очищение».Первый том был посвящен исследованию самого понятия очищение и того, что же РјС‹ очищаем в себе — организм, РїСЃРёС…ику, тело, сознание? Р' основном, он был посвящен Сознанию. Второй том посвящен Душе.«Человечество медленно забывает не только что такое душа, но и само это слово. Оно СѓС…РѕРґРёС' из быта, и современный человек предпочитает говорить о вторых, третьих или астральных, ментальных и тому подобных телах, о космическом организме, лептонной сущности, полевых структурах… Означает ли это, что он РіРѕРІРѕСЂРёС' не о душе?»«Люди определенно признают или признавали возможность очищения души. Это РїРѕРјРЅРёС' народный язык, это звучит из СѓСЃС' людей, обладающих мистическим опытом».«Очищение души каким-то образом постоянно соотносилось с самопознанием. Движение к тому, что является самой сердцевиной личности человека, считать ли ее Я или присутствием Божиим в себе, требует очищения».«Если человечество постоянно рассматривает очищение души как очищение сознания, то означает ли это, что речь идет об одном и том же? Р
Это начало Дантова рассказа о его путешествии сквозь царство душ в поисках Души.
Ясно, что это путешествие по пространствам сознания, ведь «Комедия» его не содержит в себе ничего, кроме представлений об устройстве мира, как он виделся людям к началу XIV века. И значит, это продолжение все того же путешествия Одиссея в поисках себя.
Считается, что Данте определял для себя половину жизни как тридцать пять лет и тем самым относил написание книги к 1300 году. Но на самом деле он написал ее в 1307 году. И даже если он действительно верил, что вторая половина жизни началась для него в 35 лет, это все-таки лишь круглая дата, удобная для подсчетов и чарующая своей математической завершенностью. Действительная же половина его жизни, на мой взгляд, наступила чуть позже — в 1302 году, когда он перевалил за 37 лет.
Дело в том, что в 1302 году он был изгнан из родной Флоренции и заочно приговорен победившей там партией «черных» к смерти. На этом рубеже 37–38 лет «легло», как сказал Владимир Высоцкий, поразительно много художников. Похоже, он как-то связан с исчерпанностью их творческого гения. Те же, что «проскочили», либо не были большими художниками, либо еще не исполнили то, зачем пришли. И Данте был среди последних.
Что же касается половины жизни, решайте сами, что ею считать. Но мне кажется, вторая половина начинается тогда, когда ты переваливаешь какую-то незримую вершину, и вдруг, в распахнувшемся перед тобой пространстве твоей будущей жизни, тебе приходит глубокое прозрение смерти. Это значит, что с этого места ты видишь конец своей жизни. И как бы далеко он ни отстоял, теперь ты идешь к нему.
Возможно, все это определяется самим тобой. Когда-то, еще до рождения, отправляя себя в это путешествие, ты не рассчитывал на жизнь дольше, потому что нам нужно не больше, чем нужно. Чем нужно для того, чтобы сделать дело, ради которого мы сюда пришли. И значит, мы вполне можем определять меру жизненных сил, которую считаем достаточной для избранного тела. Если не предавать себя, то их должно с лихвой хватить на задуманное…
«Божественная комедия» поразительно подходит для продолжения моего исследования. И сам Данте, задумавшийся о себе и движущийся сквозь Чистилище из Ада в Рай своего сознания, — лучший проводник по мирам душ. И созданный им образ проводника — великого римского поэта и провидца Вергилия — будто принимает нас из рук Гомеровского Тиресия, к которому направила меня вместе с Одиссеем заботливая Кирка в конце предыдущей книги.[1]
Огромные пласты культурных и исторических представлений, живущие во мне, будоражатся этой великой песней. И если «Одиссея» была повестью о возвращении к себе, песня Данте — это подробный рассказ о той части путешествия Улисса, где он познает себя как душу или как дух.
В самой же первой песне «Божественной комедии» есть упоминания того, что является предметом моего исследования: Душа, Дух, Души, Духи и ДУША. Именно в такой последовательности:
Я увидал, едва глаза возвел, Что свет планеты, всюду путеводной, Уже на плечи горные сошел, Тогда вздохнула более свободной И долгий страх превозмогла душа, Измученная ночью безысходной.
Это все слова Вергилия — души, вызвавшейся быть проводником в царстве душ. Древний мудрец знает, какие шаги нужно совершить, чтобы найти ту Душу, ради которой предпринято это путешествие.
Исследовать душу полагается психологу, и я буду работать как психолог — в ключе культурно-исторической психологии, изучая не как некую естественнонаучную абстракцию, а как собственные представления. И представления взрастившей меня культуры.
