— Мы проверим эту версию. Они первые в списке подозреваемых. Благодаря вам.
— Это не все. — Он схватил ее за китель негнущимися пальцами. — Я знаю, кто взял заказ.
Романовская молчала. Старик тоже ушел в себя. Оба думали о своем. Она — что старичок все-таки псих. Он же — что комендантша не верит ему. Поэтому он только иронично улыбнулся, а потом начал насвистывать какую-то военную песенку. Она никак не могла вспомнить, что это за гимн.
— Я вся внимание, — решила поднажать на него Кристина, потому что как раз подъехала полицейская машина с рабочими овощебазы.
Доставили всех шестерых человек, имеющих отношение к бочке, в которой капуста прибыла на рынок. У каждого причастного планировалось взять отпечатки пальцев, так же как у работников овощного магазина и прилегающих павильонов, чтобы исключить так называемые «слепые» отпечатки.
— Я не стану говорить здесь. — Он повернулся и пошел.
— Эй, пан Пирес! — позвала она его и подбежала. — Не время дуться.
— У меня три варианта, — сразу сказал он. Ему очень хотелось, чтобы его донос поскорей попал по адресу. — Мясник Нестерук — это раз. Смутный, отец сестры Зубров, — это номер два. А номер три — это та девица в гипсе.
— Зал усекая? — Романовская едва удержалась от смеха.
— Я не знаю, как ее зовут, — буркнул. — Та рыжая, что уже несколько дней крутится здесь.
— Почему вы так считаете?
— Я видел их вчера ночью в лесу. Возле сожженной хаты. Где когда-то был свинарник, а сейчас шептунья принимает. Они стояли возле безымянной могилы Под плакучей ивой.
— То есть березой?
— Там действительно березовая роща, но место называется Под плакучей ивой. Сразу видно, что вы не местная. Они очень долго говорили.
— Местная, неместная… Почему, в таком случае, вы пришли с этим ко мне, а не подали официальное заявление?
Он засиял.
— Я не хочу фигурировать в официальных бумагах. Но вам следует это знать. Она не чужая.
— Кто?
— Ну, я же говорю, что она
— Спасибо. — Романовская вышла из оцепенения и протянула ему руку, чтобы он мог пожать ее.
Но тот тут же встал по стойке смирно и почтительно чмокнул ее в запястье.
— Если что, вы знаете, где искать старого дурака. — Он подмигнул ей и пошел, покачиваясь из стороны в сторону. — Молчаливый пес тоже побрел за ним. Только теперь Романовская заметила, что тот вовсе не был привязан. Поводок Пирес волок по тротуару. Несмотря на это пес шел ровно у его ноги.
Романовская смотрела на них, пока они не исчезли на другой стороне улицы. Она стояла в задумчивости еще какое-то время и ничего не понимала.
— Чего он хотел? — Джа-Джа подошел к ней сзади.
— Сказал, что знает убийцу Петра, — ответила она.
— Наверное, это я или ты. А может, кто-то из управы? Этот любит плести интриги, тут уж ни убавить, ни прибавить.
Романовская не рассмеялась. Она была очень серьезна.
— Слушай, как получилось, что эта гданчанка приехала сюда? Где ты ее откопал?
Джа-Джа обернулся.
— Не я, а дорожно-постовая служба. Вот именно с этого места. Она шлялась тут без документов.
— Мы можем быть уверены в том, что она именно та, за кого себя выдает? — Кристина повернулась к Джа-Дже.
— На что ты намекаешь?
— Мы проверили ее документы?
Джа-Джа склонил голову и неразборчиво что-то забормотал.
— А если она выдает себя за профайлера? Притворяется? — Кристина забросала бывшего мужа вопросами. — Распечатала себе чью-то докторскую, подделала паспорт, постоянно вызванивала какому-то подполковнику…
— Который в итоге так и не приехал.
— Вот-вот, — кивнула комендантша. — У нас нет никакой уверенности в том, кто эта женщина. Фотографий Саши Залусской несмотря на то, что мы знаем, что такой человек существует, нет ни в Сети, ни на сайте гданьского управления.
Джа-Джа взял зубочистку и сунул ее в рот.
— Ты бросил курить?
— Пока на два часа, — пробормотал он. — Мясо между зубов застряло.
Они молчали.
— Думаешь, она мошенница?
Романовская пожала плечами.
— С нее началась вся эта свистопляска. Когда явилась эта баба, — Романовская перешла на шепот, — все полетело в тартарары.
— Тогда кто это может быть? — вслух размышлял Джа-Джа. А потом его вдруг осенило. Он искоса взглянул на Романовскую. — Думаешь, это она вернулась? Именно сейчас? После стольких лет? Хотя, не исключено. О свадьбе Бондарука трубили все СМИ. Может, она узнала об этом в Интернете или из теленовостей. Но как-то не похожа на Степана.
— А ты типа помнишь, как выглядела ее мать, — буркнула Кристина. Огляделась, не подслушивает ли их кто-нибудь. — Раскрути прокуроршу. Она сейчас на все согласится. И отправь этому спецу по антропоскопии фотку семнадцатилетней Ирмы. Почему бы не проверить?
Джа-Джа тут же вынул пачку сигарет.
— Тут бы как раз сошлось, — заявил он. — Если это, действительно, Ирма, то у нее был мотив отрезать ему башку, да и поучаствовать в остальных делах тоже.
