Ода контрразведке полностью

Тема двойника имеет древнее происхождение и восходит к так называемым близнечным мифам. Их истоки коренятся в представлениях о неестественности близнечного рождения, которое у большинства народов считалось уродливым, а сами близнецы – страшными и опасными существами, соприкоснувшимися со сверхъестественной силой и ставшими ее носителями. Поэтому в появлении близнецов усматривается сакральный смысл. В архаичных мифах близнецы часто выступают антагонистами и ведут себя как соперники, враждебные по отношению друг к другу.

В фольклорной традиции аналогом близнецов являются оборотни, упыри и вурдалаки. Например, в русской мифологии считается, что оборотень – это дитя, умершее некрещёным, или вероотступник, душа которого «проказит поневоле». Согласно поверьям, оборотни обладают многими сверхъестественными способностями, значительно превышающими возможности человека. Они могут помочь в достижении желаемых результатов – но, как известно, за все нужно платить, и встреча с подобной кармой не сулит ничего хорошего в будущем.

Именно с такой ситуацией мы сталкиваемся в известном рассказе Артура Конан Дойля «Знак четырёх»:

«Холмс поднес лампу к самому замку… в скважине оставалась щелка. Шерлок Холмс наклонился к ней и тут же резко отпрянул.

– Что-то в этом есть дьявольское, Уотсон! – прошептал он. Я никогда раньше не видел его таким встревоженным. – Что вы об этом думаете?

Я нагнулся к скважине и содрогнулся от ужаса. В окно лился лунный свет, наполняя комнату слабым зыбким сиянием. Прямо на меня смотрело как бы висевшее в воздухе – так как все под ним было в тени – лицо нашего спутника Таддеуша. Та же высокая блестящая лысина, та же рыжая бахрома вокруг, то же бескровное лицо. Только черты его лица застыли в ужасной улыбке – напряженной и неестественной, которая в этой спокойной, залитой лунным светом комнате производила более страшное впечатление, чем гримаса боли или страха. Лицо было так похоже на лицо нашего крошечного приятеля, что я оглянулся, чтобы убедиться, что он здесь, рядом со мной. “Они ведь с братом близнецы”, – вспомнил я».

Собственно, тема двойника была введена в литературу представителями немецкого романтизма, в частности Эрнстом Теодором Амадеем Гофманом. В 1815–1816 годах в Берлине выходит его готический роман «Эликсиры дьявола». В художественную ткань романа виртуозно вплетена череда раздвоений, которую легко обнаружить в зеркальных повторах сюжета. Лейтмотивом проходит тема зловещего двойника-лазутчика и родового проклятия, вторгающегося в жизнь отдаленных потомков и начинающего повелевать ими помимо их воли.

Монах Медард, от лица которого ведется повествование, не может противостоять искушению отведать дьявольский эликсир из погреба святого Антония, который пробуждает в нём низменные страсти. Предметом его вожделения становится прекрасная Аврелия. По наущению своего теневого двойника Медард совершает преступление за преступлением, включая убийства. Он даже покушается на жизнь Аврелии, которая должна стать его женой, хотя на деле приходится ему сестрой…

Генрих Гейне, прочитав роман Гофмана, писал: «В “Эликсирах дьявола” заключено самое страшное и самое ужасающее, что только способен придумать ум. Как слаб в сравнении с этим “Монах” Льюиса, написанный на ту же тему. Говорят, один студент в Гёттингене сошёл с ума от этого романа».

Повлиял роман Гофмана и на русскую литературу. Алексей Алексеевич Перовский – дядя, а, по некоторым сведениям, отец писателя Алексея Константиновича Толстого в 1812 году добровольцем ушёл на войну и был зачислен в чине штабс-ротмистра в 3-й Украинский казачий полк. Перовский был участником многих сражений против Наполеона, в том числе и в составе партизанских отрядов, а в 1813 году вместе с русской армией отправился в заграничный поход, участвовал в Битве народов под Лейпцигом и до 1816 года служил в оккупированной союзниками Саксонии, где и увлёкся немецким романтизмом. После выхода в отставку он вместе с сестрой Анной и её маленьким сыном Алёшей перебрался в имение Погорельцы на Черниговщине. Ходили слухи, что Алёша Толстой – плод кровосмесительного союза родных брата и сестры.

В 1828 году Алексей Перовский, знакомый с Пушкиным и Гёте, публикует под псевдонимом Антоний Погорельский повесть «Двойник, или Мои вечера в Малороссии», проникнутую духом готического романа (уже само имя Антоний отсылает к «Эликсирам дьявола»). Это сборник из четырёх новелл, объединённых рамочным сюжетом в духе «Серапионовых братьев» Гофмана. «Двойник» предвосхищает повесть Гоголя «Вечера на хуторе близ Диканьки», а одна из новелл, «Лафертовская маковница», вызвала самую восторженную оценку Пушкина, который позже процитировал её в своём «Гробовщике».