После войны Конон Молодый поступает в Институт внешней торговли, где изучает китайский язык. В начале 1951 года с ним встретился заместитель начальника 4-го (англо-американского) отдела Управления «1-Б» (нелегальная разведка) Виталий Григорьевич Павлов. Пройдя путь до заместителя начальника ПГУ КГБ СССР, генерал-лейтенант Павлов вспоминал: «Это был симпатичный молодой человек, жгучий брюнет с подвижным лицом и живыми темными глазами. Они, казалось, постоянно искрились в улыбке… В нашей службе К.Т. Молодый получил оперативный псевдоним “Бен”. Я часто встречался с ним и всякий раз отмечал быстрый прогресс в том, как он осваивал основы разведывательного мастерства. С ним легко было работать. У него всегда было хорошее настроение, ко всему он относился со здоровым юмором. К 1954 году “Бен” был готов к выезду за кордон, уверенно ориентировался в разработанной вместе с ним легенде-биографии: под видом канадца он должен был осесть в Англии».
Детали этой легенды раскрывает сын Конона Трофимовича – полный тезка своего деда Трофим Кононович Молодый: «Удалось выяснить, что в 1927 году во время наводнения в канадском городе Ванкувере погибли муж с женой и их маленький ребенок. Мальчик, разумеется. Об этом в те далекие времена написали местные газеты, и факт сей был официально зарегистрирован в документах местной мэрии. А почему не предположить, что мальчонку спасли двое бездетных супругов и увезли его в другую страну. Мальчонка рос, а приемные родители, воспитав его, умерли и оставили небольшое наследство, которое позволило юноше начать самостоятельную жизнь под именем Гордона Арнольда Лонсдейла».
Вот так советский разведчик Конон Молодый стал
В знаменитой школе африканистики и востоковедения Лондонского университета «Бен» попадает в одну группу с сотрудниками английской разведки, заводит полезные знакомства, становится преуспевающим бизнесменом, миллионером. В Лондоне он ведет светский образ жизни, его знают в лучших английских клубах. Он много ездит по стране, у него восемь автомобилей, загородная вилла, роскошные номера в лучших отелях Лондона. Всё это он приобрел на свои деньги. Незадолго до ареста королева Великобритании пожаловала Гордону Лонсдейлу грамоту «За большие успехи в развитии предпринимательской деятельности на благо Соединённого Королевства».
В какой-то момент Центр сообщил, что на территории военно-морской базы в Портленде, где проводятся испытания новейшего подводного оружия и различных гидроакустических систем обнаружения подводных лодок, работает некий Гарри Хаутон. В начале 50-х годов он служил в аппарате военно-морского атташе английского посольства в Варшаве и, занимаясь махинациями на черном рынке, попал в поле зрения польских спецслужб. Хаутон привык жить на широкую ногу, но из-за чрезмерного пристрастия к «выборовой» и «житней» его еще до окончания срока служебной командировки вернули в Англию, что поставило его в весьма затруднительное положение.
Зная это, «Бен» приезжает в Портленд, звонит из ближайшего телефона-автомата Хаутону и, используя свой американский акцент, представляется помощником американского военно-морского атташе в Лондоне капитаном второго ранга Алексом Джонсоном. Он передает Хаутону привет от общего знакомого по Варшаве – а надо сказать, Варшаву «Бен» знал прекрасно. По словам его сына Трофима, последний был зачат именно в Варшаве, куда отец тайно приезжал в июле 1957 года на встречу с женой Галиной.
Встретившись с Хаутоном, «Бен» дает понять, что прибыл в Портленд проверить, как англичане выполняют свои договорные обязательства перед американцами по обмену военно-технической информацией.
– Что вас интересует? – напрямик спросил Хаутон.
– Пустяки, – уклончиво ответил «Бен». – Некоторые сведения общего характера, в частности, какое новое оборудование испытывается у вас, результаты этих испытаний.
Хаутон кивнул – этими сведениями он располагает.
– Конечно, – осторожно добавил «Бен», – мы многое знаем из официальных источников. Но всегда следует проверять добросовестность партнера. Поэтому я был бы благодарен за любые сведения, представляющие определённый интерес…
– В последнее время я испытываю материальные затруднения, – намекнул Хаутон.
«Бен» тут же извлёк из кармана дорогую зажигалку фирмы Dunhill.
– У меня есть для вас небольшой сувенир, – сказал он и торжественно вручил зажигалку моряку. Неожиданно у того вытянулось лицо:
– Бог мой, да это же чистое золото! – воскликнул Хаутон.
– Конечно, – рассмеялся «Бен», – мы, американские моряки, можем позволить себе такую роскошь.
Подарок произвел на Хаутона ошеломляющее впечатление.
