Офис Медведя по утрам напоминал растревоженный улей. Сотрудники носятся, куда-то звонят, срочно печатают отчеты, выясняют друг у друга нужную информацию, передают ее шефу. И общий фон состоит из постоянного «жжжжжжжж», которое порой неимоверно раздражает.
Николай не любил бывать здесь в первой половине дня. Но, как все знают, глава сообщества одаренных России предпочитает работать с раннего утра и до обеда, а потом… Потом он обычно покидал офис и уезжал на внешнее совещание, с которого уже не возвращался до следующего утра.
Мужчина прошел до приемной, где сиротливо сидела секретарша — в противовес современным стереотипам отнюдь не длинноногая блондинка, а женщина лет тридцати-сорока со строгой короткой стрижкой и в деловом брючном костюме.
— У себя? — небрежно поинтересовался он, кивая на дверь.
— Занят, просил подождать. Кофе? — Вера отвела взгляд от монитора и вопросительно взглянула на него без намека на улыбку. Серьезная взрослая женщина, получившая свое место упорным трудом.
— Нет, благодарю.
Секретарша невозмутимо перевела взгляд на монитор и сделала вид, что ее не существует. Николай прошелся по просторной приемной, растер шею, которая ныла последние дни особенно сильно. Спать приходилось в неудобной позе, часто вообще не покидая собственного офиса, что для него, признанного мастера Сна, было ощутимой потерей. Но что поделать… Подготовка к проклятому Совету, организация безопасности всего города — не шутки. Один маленький промах, и их вступление в Европейское сообщество сорвется…
Дверь кабинета Медведя распахнулась. Оттуда вышли двое мужчин. Высокий сухощавый блондин, продолжающий что-то говорить, и коренастый какой-то весь округлый и мясистый брюнет — хозяин офиса.
— Все-все-все, Толя, хватит. Как я сказал, так и будет, иди уже, — проговорил Медведь, покровительственно похлопывая собеседника по плечу. Тот еще пытался что-то возражать. — Иди-иди… Коля, здравствуй…
Одаренный отмахнулся от сотрудника и едва ли не с распростертыми объятиями кинулся к Николаю. Наверняка за время разговора блондин его сильно утомил. Мастер Сна выдавил ответную улыбку и, нехотя, пожал протянутую руку. Хватка у Медведя была соответствующей, руку будто стиснули в металлическом прессе. А ведь с виду по этому шумному и энергичному мужчине совсем не скажешь, что он обладает такой силой.
— Добрый день, Михаил Юрьевич, — пробормотал Николай, зная, что его не слышат.
Медведь уже буквально тащил его к кабинету, громко требуя себе кофе. Как только дверь в приемную закрылась, руководитель отпустил его и шумно выдохнул.
— Задрал меня этот отдел маркетинга, — Медведь значительно медленнее двинулся к своему столу. — Ты представляешь, он мне впаривает, что «наша агрессивная политика на рынке не соответствует современным мировым тенденциям». Тьфу! Не соответствует… Десять лет соответствовала, и процветали, а тут вдруг не соответствует.
Николай сочувственно покивал, понимая, что его мнение здесь никого не интересует. Он медленно подошел к креслу для посетителей и сел, откинувшись на спинку. Кресла здесь были удобные. Кожаные, мягкие, даже, кажется, ортопедические. Шея практически перестала ныть, что существенно улучшило ему настроение. Надо узнать, где Медведь их заказывал, и приобрести в свой офис такие же. Для личного пользования.
Хозяин кабинета еще некоторое время повозмущался самодеятельностью сотрудников, на ходу просматривая и подписывая какие-то бумаги. Затем в кабинет вошла Вера с дымящимся и ароматным кофе, и хаос тут же прекратился.
— Николай Александрович, вам, может быть, анальгин? — вежливо поинтересовалась она, вырывая мастера Сна из полудремы.
— Нет, благодарю, — одаренный невольно подобрался. Если уж ему предлагают обезболивающее только по оценке внешнего вида, значит, он на самом деле раскис. Или уже стареет?
— Коля, ты что-то, действительно, плохо выглядишь, — тут же переключился на него Медведь. — Тебе, может, отдохнуть? А то ты совсем себя не бережешь, весь в работе, как всегда. Вы с Арсением у меня, конечно, золотые и незаменимые, но нужны мне здоровые. Его-то я вчера вообще в отгул на сегодня выгнал. Чтобы отоспался и привел себя в порядок. А то зарубежных гостей встречать будет некому.
Николай подождал, пока за секретаршей неслышно прикроется дверь.
— Дались тебе эти гости… Мороки с ними выше крыши, а пользы…
— Про пользу тебе Арсений может рассказать. Он мне такие сказки рассказывал. И система у них отлаженная, и ресурсы, и порядка в сто раз больше…
— Вся Европа — пол России, еще бы у них порядка не было, — снова вставил ворчливое замечание мужчина.
