Взгляд зацепился за женскую фигуру, застывшую у самой ограды. Она стояла к нему спиной, опираясь одной рукой на витую решетку, а другой сжимая ремешок сумочки. Серо-голубой брючный костюм из какой-то тонкой ткани мало походил на последний писк моды, не говоря уже о его полном несоответствии погоде. Современные девушки в жару не носят широкие брюки и жакеты с длинным рукавом, пусть даже и столь легкие, что ветер без труда колышет ткань, создавая иллюзию ряби, окутывающей женщину. Они не носят удобные сандалии на невысоком каблуке тон в тон к сумке, стремясь взлететь над асфальтом на тонких иглах немыслимых шпилек. И от них не веет столь странным спокойствием и умиротворением. Полным довольством жизнью.
Пока взгляд отмечал мелкие детали, ноги уже несли пророка к незнакомке, чей образ казался столь притягательным. Ее темно-русые прямые волосы прикрывали лопатки и колыхались под порывами легкого ветра с воды. Она чуть повернула голову, и стала заметна линия носа и губ, не тронутых яркой помадой. Такой стиль больше подходил бы уже взрослой женщине, но мастер Времени остро ощущал, что будет сильно удивлен, когда узнает возраст гостьи. То, что она прибыла в город недавно, не вызывало сомнений. Также как и то, что являлась одаренной. Ее ауру, совпадающую оттенком с костюмом, он смог различить не сразу, но теперь видел довольно четко.
— И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
Строчки сорвались с губ, прежде чем он задумался или захотел остановиться. Арсений любил поэтов серебряного века, а вспомнившееся стихотворение почему-то казалось невероятно уместным.
— И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
Он подошел уже достаточно близко, чтобы его негромкая декламация стала слышна женщине. Она вздрогнула и замерла, не оборачиваясь.
— И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу, — закончил пророк, останавливаясь рядом с незнакомкой. Порыв ветра смешал ее волосы, мешая разглядеть лицо. Тонкая рука с длинными пальцами поднялась, чтобы поправить прическу. А в его сознание ворвался настойчивый звон…
…Арсений распахнул глаза и с трудом оторвал голову от подушки. Где-то рядом настойчиво надрывался телефон.
— Да, — глухо произнес он в трубку, свободной рукой протирая глаза.
— Неужели ты проснулся позже меня? — раздался в ответ голос Влада. — Не думал, что кто-то способен на такой подвиг.
— Чего тебе? — от резкого пробуждения он плохо соображал, с трудом сел и посмотрел на часы на противоположной стене. Шесть вечера. Неудивительно, что голова так раскалывается. Спать мужчина лег в полночь.
— Хочу пригласить тебя в клуб в десять, как обычно.
— София будет в бешенстве, — хмуро откликнулся Арсений и направился в ванную.
— Если это и есть твое предсказание, то о лучшем нельзя и мечтать, — рассмеялся Влад и бросил трубку, как всегда, не прощаясь.
Пророк положил телефон на стиральную машинку и залез под ледяной душ — лучшее средство для пробуждения после нескольких бессонных ночей. Организовать проведение Совета в Алагорске оказалось не самым простым делом, тем более, когда непосредственный глава Российского сообщества тактично умывает руки и самоустраняется от решения всех вопросов. Доверие ему, конечно, льстило, но не тогда, когда на карте стоял столь важный вопрос.
Мастер побрился, почистил зубы, пригладил темные волосы, надел домашние спортивные штаны и приступил к любимому занятию — варке кофе. У него имелся свой определенный ритуал, позволяющий сосредоточиться на собственном сознании и интуиции, лениво пробуждающейся под аромат корицы, свежемолотых зерен кофе, миндаля и кардамона. Арсений любил специи, щедро добавляя их в любое блюдо. Впрочем, готовить ему доводилось редко.
Стоило волшебному аромату наполнить кухню, как напиток был перелит в любимую кружку, и мужчина вышел на балкон. Стандартная застекленная лоджия двухкомнатной квартиры, обшитая деревом. Здесь располагалось кресло-качалка и небольшой столик — все, что нужно для уютного распивания кофе. Мастеру нравилось просыпаться рано и встречать новый день, вдыхая еще неиспорченный выхлопными газами воздух. Вечер, однако, оказался не хуже.
Дети резвились во дворе, оглашая окрестные дома несдерживаемыми криками восторга. Лето, солнце, тепло — что еще нужно для счастья? Арсений улыбнулся и сделал первый глоток, наслаждаясь приятным вкусом и видом чужого веселья. Люди редко замечают, сколько радости проходит мимо них. Они все время бегут куда-то, стремятся успеть все на свете, совершить невозможное и получить награду. Хотя иногда стоит просто остановиться и подумать: нужно ли так спешить? Оглянуться вокруг и понять, что успеть все, действительно, невозможно…
