— Испугался — улыбнулась она. — Вот еще одно подтверждение высочайшего восприятия. Когда ты берешь в расчет «пожелания» родной стихии, и не готов бездумно использовать ее при всяком удобном поводе.
— Но такое работает только в случае больших водоемов. Вода в стакане не подает никаких признаков разумности.
— Вот в этом нам и предстоит разобраться. Я не стихийник, поэтому не могу тебе точно сказать почему так, хотя кое-какие соображения имеются. У нас — тех, кто не завязан на стихии, все немножко по-другому. Мы — это просто чистая сила. В какой-то момент мы упираемся в предел собственных возможностей. Для вас, же — стихийников, предел возможностей до конца неясен.
— Поэтому все Архимагистры стихийники?
— Не все. Но суть ты уловил. И еще — в твоих же интересах молчать о своем уровне восприятия и возможностях. Делай вид что у тебя все как у всех.
— Понял, Галина Афанасьевна. Спасибо за предупреждение.
Только спустя месяц, посещая дважды в неделю дом Троицкой, я преодолел барьер в голове, который мешал мне воспринимать воду в разных емкостях как что-то цельное. Но это относилось только к чистой воде с разной, но незначительной степенью примесей. Перекачать апельсиновый сок за завтраком из чужого стакана в свой, я до сих пор не мог.
— Отбрось стереотипы. — поучала на очередном внеурочном занятии Галина Афанасьевна — Воспринимай воду не как исключительно воду, но как жидкость в целом. Ты подсознательно ищешь чистую воду, вот поэтому только ей и можешь управлять. Апельсиновый сок, кислоты, даже нефть — это все жидкости. Попробуй управлять агрегатным состоянием, а не только водой.
Жидкости мне не давались. Извлекать воду из апельсинового сока я научился за месяц до каникул. Причем до такого состояния, что на дне стакана оставался абсолютно сухой порошок оранжевого цвета. С чаем, с кофе, и другими продуктами получалось точно так же. Мне ничего не стоило за секунду иссушить в сухарь кусочек хлеба, тому кто за обедом косо смотрел в мою сторону. Или расплескать суп.
— Аппарат для сублимации — шутила Троицкая, когда я рассказывал ей про такие случаи. Мне осенью нужно будет урожай яблочек засушить на зиму. Поможешь мне?
Между прочим, с уровнем восприятия я даже стал чувствовать любое проявление дара. И скажу я вам — его не стеснялись применять везде, где только возможно. Даже во время обеда, столовая буквально гудела от использованных заклинаний. Студенты изгалялись кто как только мог. В основном использовали дар в бытовых случаях — придвинуть телекинезом стул, разогреть чай стихией огня и так далее.
Шутки с использованием дара, конечно же тоже имели место быть и однажды целью розыгрыша стал я. Уж не знаю какой умник придумал этот розыгрыш, но обливать будущего Акваманта водой, не самая здравая идея. Совершив небрежный жест — словно смахиваю пылинку со своей груди, я за мгновение осушил одежду, тут же мысленно направив извлеченную влагу прямо в лица злорадно хохочущих однокурсников.
Резерв своих магических способностей я определил давно, сходив к реке. В тот день Енисей-батюшка немножко проучил меня за дерзкую попытку объять необъятное. Я мысленно охватил весь речной простор, который видел и попытался сковать его свой волей. В тот же миг ноги подкосились, а разум заволокло пеленой. Я не устоял и обессилевший свалился в нескольких метрах от берега. Пришлось ползти, и сунув руку во все еще холодную воду, молить у реки прощения. Енисей сжалился и сила хоть медленно, но возвращалась.
После этого случая я не осмеливался жадничать и работал только с небольшими потоками воды. Я отчетливо чувствовал, что Енисей просыпается и не мое вмешательство было тому виной, но весна. Лед сковывающий берег широкого русла уже расходился трещинами и внушительные его куски уносило размеренным течением.
Май — последний месяц первого полугодия. После, нас ждали долгожданные каникулы. Я очень соскучился по матери и сестренке, хотя иногда звонил им, но живая встреча не идет ни в какое сравнение с дальней связью.
По мнению Троицкой, я овладел родной стихией настолько хорошо, что даже второкурсники уже не могли составить мне конкуренцию. С потоками воды я мог вытворять все что угодно. Все, на чего хватало фантазии, кроме…
— Кроме того, что вода — это не только жидкость. — читала мне лекции Галина Афанасьевна за неделю до экзаменов — У нее есть еще два агрегатных состояния. Какие, знаешь?
— Пар и Лед?
— Нет, Горыня. Газообразное и Твердое. Пар и лед это как пример этих состояний.
— А разве у Воды бывают другие?
— Конечно, — возмутилась преподавательница — Плазма-пар и Плазма-лед. Правда плазму можно отнести в отдельное агрегатное состояние, но для удобства, мы не станем разделять эти понятия. Тем более перевести пар до состояния плазмы с помощью дара еще никому не удавалось.
В этот день Троицкая намекнула мне что пора бы мне научиться извлекать воду из воздуха. А вот мне казалось, что проще ее заморозить до состояния льда, но я ошибался.
