— П-постой… Я никак не причастна к двенадцатому сыну Императора. Я Мэй Чан!
Брюнетка поклонилась в знак уважения, но на кареглазого это совсем не подействовало. Впрочем, Хёдо остановился. Клинки потухли.
— Я ищу философский камень, — объяснила она. — Я слышала, что в этой стране его можно добыть, и что алхимики Элрики — Эдвард и Альфонс — тоже его ищут. Думаю, они смогут мне подсказать…
— Эдвард! — отрезал Иссей грозно. — Но он тебе ничего не скажет. Потому что философский камень ищем мы. А теперь ответь, откуда ты знаешь меня?
— Ну-у… Вообще-то, эту информацию мне поведала очень красивая девушка с чёрными волосами. А ещё она попросила меня передать тебе, что будет ждать тебя возле Руин Генмы.
Иссей замер, и зубы стукнулись друг о друга. Красивая девушка с чёрными волосами — всё это подходило под описание той девушки, о которой он думал минуту назад. Неужто это и вправду не совпадение? Хёдо упорно старался оттолкнуть от себя навязчивые мысли, что Рейнар вообще существует. Он своими глазами видел, как она погибла от руки Риас. Невозможно! Просто немыслимо.
— Когда… Когда ты в последний раз её видела? — прошипел злобно Иссей. Девочка поежилась от испуга — глаза Хёдо снова стали красными.
— Вот… Вон там, — Мэй указала в сторону соседних зданий. — Она рассказала мне о тебе, а потом отправилась в противоположную сторону.
— Всё понятно. Иди в дом и скажи то же самое, кроме той девушки. Я скоро приду.
Шатен спрятал Мечи Хаоса за спину и пробежал мимо Мэй, но добежав до дороги, остановился.
— Спасибо, — с благодарностью произнёс он.
И побежал.
Иссей перескочил через металлическую оградку, обошёл стороной идущих ему навстречу людей, и поспешил к следующей улице, где, по словам Мэй, находилась девушка, изрядно попортившая ему жизнь и сладкие грёзы. Воспоминания били по нему хлыстом: стоило вспомнить ему ту самую брюнетку с вороньими крыльями за спиной, как в груди больно начинало стучать. Нет, это определённо не к добру! То же самое кричал и внутренний голос, только шатен в очередной раз продинамил его, поддавшись на порывы чувств. А дувший в лицо ветерок ничего хорошего ему не сулил…
— Понятно, — шумно вздохнул Эдвард, расхаживая взад-вперёд по комнате, смешивая звуки потрескивания дров в камине со своими шагами. — Получается, ты испытываешь неприязнь к этой троице, потому что тебе позарез нужно стать новым Императором? Забавно, хе-х! И всего-то ради власти.
— И ничего не забавно! — обиделась Мэй, отпивая глоток горячего чая. — Мой народ страдает от нищеты и голода, и я готова на всё, чтобы защитить его.
— Ну да, ну да. Ты меня, конечно, не пойми неправильно, но вот с этими шиноби мы достаточно потерпели напряга. Как Государственный Алхимик, я не хочу, чтобы тут чинили беспредел и прочее. Надеюсь, ты меня понимаешь.
Мэй кивнула, и Эдвард решил, что без чая дальше разговор продолжать не может. Он взялся за ручку металлического, покрашенный в белый цвет, чайника и наполнил до краёв свою кружку горячей водой, а после насыпал несколько мельчайших ломтиков туда. С одной стороны, ему было несколько даже жалко Мэй. Девочка не вызвала у него каких-либо злых мыслей насчёт себя, да и не вела себя вульгарно, как делал это Яо при их первом знакомстве. В её карем взгляде читалась мольба и сотрудничество с аместрийцами. С другой стороны, у Элрика не пропало чувство, что вся эта погоня за философским камнем может обернуться крахом как для него, так и для его спутников. Впрочем, Ирина лишь пару раз вмешалась в разговор — всё остальное время взгляд экзорцистки был прикован к книге. Шидоу не разбиралась в политике Аместриса, и уж тем более не знала о положении этой страны. Гости из другого мира совершенно не имели ни малейшего понятия, как помочь нынешним жителям. Они искали только путь домой, остальное для них отходило на второй план.
Ветер подул в приоткрытое окно, облака тем временем полностью приобретали иссиня-темноватый цвет, заляпав еле рыжеватое небо чернильными кляксами. Медовласка приподняла голову и посмотрела с тоской в сторону форточки. Печальные мысли так и не покинули её голову.
— Да уж, местные так добры, что выделили нам пятизвёздочный номер! — с сарказмом пропыхтел Эдвард. Поднявшись, алхимик несильно хлопнув форточкой и снова вернулся на своё место. В отличие от ещё одной любительницы сделать что-то похожее, связанное с господином Яо, блондин пил большими глотками, чем вызвал у брюнетки долю изумления. Когда-то Мэй питала лёгкую влюблённость к этому самому Эдварду Элрику, который славился значительным мастерством в алхимических преобразованиях. И какое же посетило её разочарование, когда шикарный обаятельный алхимик оказался в её глазах почти тем же ребёнком, который до невозможности амбициозен.
— Я очень прошу вас помочь мне, — умоляюще попросила Мэй, опустив голову и закрыв глаза. Её брови дрогнули. — Мне всего лишь двенадцать лет, и я совершенно не смыслю в делах политических. Но мне нетрудно пойти вам на выручку, если это понадобится. Согласна на всё, вплоть до обучения рейнтанджицу.
