Эдвард снова заспорил с остальными, пытаясь оправдать имя своего лучшего друга. Пока он яро ругался с остальными, молчаливая Лиза прямым взглядом смотрела в сторону Иссея, который вроде бы и присутствовал здесь телесно, но мыслями был далеко отсюда. Чёрная аура давно пропала, и бледный цвет кожи снова вернулся к юноше, сделав его прежним Иссеем. Но глаза — они остались такими же, как при получении Гнева Посейдона и Армии Аида — рыже-огненными с крестообразным зрачком. Одежда на нём местами была порвана, виднелись ссадины, гематомы и царапины, и от него веяло холодноватой аурой. Но никакой опасности Иссей не выдавал. Даже эти глаза казались очень загадочными и интересными, но единственное, что можно пока было увидеть в них — это боль. Лизе показалось, что Иссей старается… что-то пережить внутри себя.
Лиза знала Иссея получше, чем Рой. Однажды они уже сталкивались, и военные проиграли ему в безумной схватке. Не будь Лиза проницательной и здравомыслящей, Иссей бы попросту убил бы её под обломками и ушёл восвояси. И Лиза была далеко не фанатом своей работы: сталкиваясь с различными проблемами, молодой лейтенант всегда училась либо на своих ошибках, либо на ошибках других. И Иссей был очень интересен в своём понимании. Он молод, но силён для ранних годов своих; в одиночку выжил в жестоком алхимическом мире, плюс нашёл артефакты для усиления и сумел в смертельной схватке победить Кинга Брэдли — сильнейшего алхимика-военного, а после уже и гомункула Расса. Да и не похож был Иссей на простого убийцу.
— Слушай ты, Рой, блин! — рассвирепел Эдвард, сжав кулаки. Его красные глаза со злостью посмотрели на молодого полковника. — Ты тут сидишь и жопу мнёшь, вон даже за помощью к наёмникам обратился. Ты даже не знаешь, что нам пришлось пройти. Если по чесноку, то меня вообще убили. Вот спасибо Иссею — вытащил с того света.
— Что за бред? — прыснул Рой. — Одно дело, будь ты при смерти; другое — умер. Оттуда тебя уже никто не вытащит.
Терпение Элрика лопнуло.
Комната тут же потемнела, а миллионы теней вырвалось из окружения Прайда. Многочисленные глаза с алым оком разместились на стенах, а лезвия обвились вокруг каждого, кроме Иссея, и, подобно змеям, зашевелились. Военные тут же испугались, но никто не успел что-либо предпринять.
— А теперь ты мне веришь? — злобным громовым голосом произнёс Прайд, изменившись в лице. Теперь он действительно походил внешностью на самого сильного гомункула. — Я был убит, но Иссей прикончил гомункула Прайда и вставил его философский камень в моё сердце. Так что теперь я не просто Эдвард Элрик — Цельнометаллический алхимик. Я Прайд Элрик — государственный алхимик и самый сильный гомункул в мире. Я могу с лёгкостью порешить каждого из вас прямо сейчас, но я этого делать не буду. Потому что я не убийца и тем более не собираюсь хвастаться своей силой и властью. Я прошу всего лишь малого: прислушаться к моим словам и попробовать найти нормальное решение. Хватит уже строить из себя бездумного лидера. То, что ты новый фюрер, ещё не даёт тебе права смеяться над тем, чего ты не видел.
Закончив с выступлением, Эдвард щёлкнул пальцами, и тени в комнате исчезли. Атмосфера снова стала тихой и спокойной, но военным уже было не до этого. Даже огненный алхимик Рой пребывал в оцепенении после увиденного и несколько секунд сидел молча, пытаясь осознать пережитое. Даже Блейз на некоторое время сняла маску суровой леди, на некоторый миг престав перед всеми ошарашенной и напуганной девушкой.
— Иссей Хёдо, мне хотелось бы услышать твою версию о том, почему ты напал месяц назад на военный штаб, — сказала Лиза, обращаясь к бывшему демону.
— За ишварцев, — подал голос Иссей. — В их истории сказано, что алхимики жестоко убивали ишваритов и разоряли их дома. Также говорилось про Золотое Руно, которое теперь уже со мной.
С этими словами, Хёдо похлопал по золотому наручу с ликом овна на плече.
— Я просто… не обдумал ничего и… действовал безумно. Я осознаю всю вину перед вами, всю вину перед убитыми и пострадавшими. Но я знаю, что мне нет прощения. Так что если хотите наказать меня — наказывайте. Только оставьте в покое моих друзей. Потому что в нападении на столицу участвовал я один; никого из моих друзей рядом со мной в тот момент не было. Эдвард не даст соврать.
Прайд кивнул.
«Это бред, ученик! Ты же сам понимаешь, какая у нас с тобой миссия. Нельзя долго задерживаться на одном месте».
«Понимаю, Кратос, понимаю. Но в случившемся виноват я один, поэтому и ответить за это должен я. Пора бы уже научиться не убегать, а принимать правду такой, какая она есть, » — мысленно ответил ему Иссей. После Эволюции Хаоса, парень научился переговариваться с учителем своим мысленно.
— Эй, а у меня возникла потрясающая идея! — воскликнул Эдвард, привлекая к себе внимание остальных. — Мы не будем прощать Иссея и накажем его по полной программе. Да-да! Преступник сделал зло — преступник за него ответит.
