— По “Кодексу” вы, Давид О’Каллахан, обязаны мне подчиняться в стенах этой академии. Мой первый приказ будет звучать так: “Никаких формальностей. Вольная форма общения.” Я доступно выражаюсь, пилот?
— Да, инструктор, доступно… — взгляд Давида упал на протянутую для рукопожатия маленькую девичью руку.
— Вот и славно. Давай тогда сначала. Я — Юнона, эксперт и инженер-проектировщик Модели Х “Кэнсэй”, а так же твой личный инструктор.
— Давид О’Каллахан, Курсант, пилот модели IX, один из лучших в этой академии, — сказав последние слова, пилот старался аккуратно сжать девичью руку, показав при этом свой характер. Необходимо было тонко выверить силу, чтобы рукопожатие было не слишком сильным и грубым, но и не слишком слабым и вялым.
И этот момент настал. Рукопожатие свершилось над столом. Свидетелями тому событию были пара официантов, обслуживающих заведение и видевших такие сцены не одну сотню раз, герои сражения на картине, что изображена на потолочном своде зала, навигатор Эдгар, просматривающий далеко идущую нить взаимоотношений этих двух, казалось бы, ничем не примечательных на первый взгляд людей, и пара инопланетных моллюсков, лежащих в тарелке у инструктора и ожидающих своего последнего часа…
***
Это были самые нудные 3 часа в жизни Давида. За последние пол года точно. Он сидел перед голограммой “Кэнсэя” и слушал восторженную речь Юноны касательно этого аппарата. Давид не испытывал к данному истребителю ровно никаких эмоций. Он не испытывал к машине вообще никаких чувств. Даже заинтересованности. Он давно и глубоко интересовался модельным рядом этих машин, знал все характеристики предыдущих поколений и предполагал, чего можно ожидать от конструкторов в этот раз. Слова “быстрее”, “мощнее”, “динамичнее” и прочие подобные он совершенно без угрызений совести пропускал мимо ушей. Но воспитание и субординация не позволяли открыто возложить на данное занятие, тем более что оно проводилось индивидуально и всё внимание предназначалось ему, любимому. Но к концу 3 часа Давид откровенно уже заскучал, что не могло пройти незамеченным мимо зоркого глаза его инструктора.
— Мсьё Давид, вы устали, как я погляжу?
— Юнона, тебе показалось. Я в прекрасном расположении тела и духа. Хотя, признаться, горизонтальное положение тела привело бы расположение духа в ещё более шикарное состояние.
— Что ж, меня радует что ты теперь хотя бы общаешься со мной без формальностей. Но позволь узнать, что тебя так смущает в моей презентации? — вихрь рыжих волос пронёсся по залу и завершил свой полёт в ладони от лица курсанта, — ну же, Давид, душка, не томи. Будь честен со мной, и может быть, тебе это аукнется чем-нибудь приятным.
Рыжий ангел снова невероятно похабно подмигнул. Ладонь Юноны легла на стол, ровно в том месте, где была рука Давида. Их взгляды встретились. Вполне ожидаемый исход.
— Это попытка соблазнения курсанта? Или откровенного совращения?
— Считай это чем хочешь, для меня главное, чтобы ты полностью усвоил всё, что касается новой модели боевой машины, — девушка медленно провела своей рукой по столу, — знаешь, все эти устаревшие нормы и методы преподавания не вызывают у меня ничего, кроме улыбки. Мы все взрослые люди. Есть множество более действенных методов заставить противоположный пол запомнить какую-либо информацию.
— То есть это всего лишь один из твоих способов гениального обучения? — Давид убрал руку девушки, попутно отодвинувшись назад, — Неужели ты готова пойти на всё ради таких рядовых вещей?
— Не говори, мальчик мой, что это рядовые вещи, — тон Юноны резко сменился на более серьёзный.
— Хорошо, давай честно. Последние 4 модели были явно так себе. Все они по-сути своей были лишь слабой доработкой наиболее успешной Модели V. Все эти мелкие нововведения аля “мы влепим вам ещё один экран статистики и датчик давления внутри вашего мочевого пузыря во время перегрузок при выходе из очередного гиперпространственного туннеля” не вызывают у меня совершенно никаких эмоций. Но вместе с тем инженерный отдел головного офиса на Земле считает своим долгом переделать управление каждой новой модели на совершенно другой лад. При этом пилоты “устаревших моделей” должны либо переучиваться, либо уйти в отставку. Разве это справедливо. При том что реальная боевая мощность возрастает менее чем на 1 %. Даже материалы те же.
— Отчасти, ты прав. Но только отчасти. Видишь ли, самое интересное я приберегла на десерт, но глядя на твоё отношение к процессу, даже и не знаю теперь, стоит ли рассказывать.
— Тебе стоило начать с самого интересного в самом начале, чтобы хоть как-то пробудить во мне интерес к этой презентации, иначе и не назвать. Ваши методы преподавания дают сбой, инструктор Юнона Линдберг.
— О том, что ты остр на язык и хамоват, было написано в твоем личном деле на первом месте. И если бы не твои навыки и таланты, уверена, тебя бы давно исключили из академии за словесные перепалки с преподавателями. Но увы, здесь считают это проявлением сильного характера и умения отстаивать свою точку зрения. Чувствуется дух края галактики, ледяных колоний.