Давид на минуту замолчал. На это ему было нечего возразить. Да, характер был у него не сахар, но и стремление к справедливости он не мог назвать негативной чертой своей личности. Все перепалки на занятиях так или иначе были спровоцированы не им, но людьми, которые знали про его особенности характера. Это были попытки троллинга одного из лучших пилотов. Зачастую, неудачные. И от того, что часто за его счёт пытались самоутвердиться новенькие преподаватели, вызывало в груди пилота ещё больший гнев и стремление к свершению правосудия. Идеализированный мир. Утопия. Близка, но недосягаема.
— Ты права. Расскажи пожалуйста, в чём главная особенность Модели Х?
— Ты правда готов это услышать и запомнить?
— Выбора у меня всё равно нет, постараюсь хоть извлечь из этих знаний максимум пользы.
— Ну что ж. Первое — это новая углеродная броня на основе наномашин. Она динамическая, то есть повреждения затягиваются в процессе боя, при условии сохранения большей доли массы брони. Также может меняться атомарная структура материала, либо рассеивая кинетическую энергию от ударов, либо по своим характеристикам приближаясь по показателям к алмазу. То есть машина защищена как от кинетических, так и от энергетических атак.
— Согласен, это действительно весьма впечатляет. Полагаю, второе ещё интереснее.
— Ты проницателен, друг мой, — Юнона улыбнулась, — Вне всяких сомнений, это самое выдающееся достижение за последние годы. Каждая машина оснащена бортовым компьютером, который управляет каждой системой и трижды продублирован в каждом узле машины. Да, такой подход уже много лет используется. Согласна. Однако тут мы имеем встроенное ядро ИИ на основе продвинутой нейросети…
— Погоди погоди, разве Искуственный Интеллект не признан опасным при использовании во время космических миссий?
— Только если он автономен. В Модели Х же есть одна особенность…
Юнона запнулась. Напряжение повисло в воздухе. Это совершенно не нравилось пилоту. В такие моменты можно ждать чего угодно, вплоть до новостей о том что тебя продали какому-либо инопланетному научному институту на исследования и расчленение.
— Молчание смерти подобно, не томи уже!
— ИИ интегрирован посредством церебрального коммуникационного механизма с мозгом пилота…
— Резать себя не дам.
— Там очень простая операция. Пара датчиков, нейроэлектроды, коммуникативный интерфейс. Буквально 20 минут и два шва размером с ноготь.
— Я сказал не дам! — Давид встал и вышел из аудитории. Хлопнуть дверью ему не позволили манеры.
***
— Итак, курсант Давид О’Каллахан, как настрой перед грядущей операцией?
— Вы знаете, весьма паршиво. Можно не делать полную анестезию? Хочу знать что мне там устанавливают.
— Боюсь, голубчик, все операции на центральной нервной системе проводятся только под общим наркозом, такие — правила, — пожилой мужчина в белом халате развёл руками, — всего один укольчик, и будешь ты здоров.
— Ладно, уладим формальности только сначала…
От Давида требовалась подпись — согласие на операцию, также несколько документов, подтверждающие статус курсанта, работающего с секретными технологиями в процессе их тестирования и так далее и тому подобное. Бюрократические издержки. Потом можно было и ложиться под лазер хирурга.
Несмотря на весь свой пессимизм касательно данного мероприятия, Давид весьма завороженно смотрел на своего нового боевого, можно сказать, “друга”. Кэнсэй поражал своими размерами, но в то же время был выполнен элегантно, можно даже сказать, грациозно. Даже разбросанные по всему телу робота боевые модули, некий пулемет, генераторы щита, броня, холодное оружие, все это огромное количество аппаратуры не принижали той грации и утончённости, что предали ему разработчики при создании. Давид вполне мог констатировать для себя, что выглядело достойно. Хотя всем своим видом старался показать, что ему, в общем то, всё равно, и что во время тестового полёта уж он-то выжмет из этой машины всё до последней капли.
Местные механики столпились у ограждения и наблюдали за происходящим. В виду обстоятельств — нового оборудования, необычных схем настройки и типа управления — задачу по предполётной подготовке доверили специалистам с Земли. Механики же академии всё это время наблюдали за процессом подготовки с нескрываемым интересом, стараясь вникнуть во все процессы, выполняемые земными коллегами. Завидев Давида, местные заулыбались. Мол, вон какую штукенцию тебе принаряжают тут, смотри от счастья не обмочи портки.