Он взял мои ладони в свои и поцеловал их.
– Спасибо тебе, Семушка, – произнес он с вожделением и его глаза заблестели от счастья.
Я отмахнулась. Пустяки, всего лишь пластырь. Закончив с заглатыванием ран, взявшись за руки, мы выдвинулись в сторону в кафе. В голове промелькнула мысль: хорошо, что брат все таки не освободился, а то этого всего могло бы и не случится. Случайности не случайны, подумала я и сосредоточила все свое внимание на Никите.
Мы шли и обсуждали произошедшее сегодня. – Ты его пнула, Ди.
Мы залились хохотом.
– Конечно, а нечего нападать на одиноких девушек. Будет знать теперь, – твердо ответила я. Власенко с восхищением посмотрел на меня.
– Такая грозная и такая прекрасная.
– Ты меня засмущал, – призналась я и захотела вытащить руку, но Никита крепко ее сжал.
– Не пытайся сбежать от меня. Я наконец-то поймал тебя и больше не отпущу.
***
Мы дошли до кофейни с кратким названием «Je t'aime», я с намеком глянула на Никиту. Тот, сделав вид, что ничего не заметил, наградил меня скромной улыбкой и потянул внутрь.
– Ты обязана попробовать Тарт Татен.
– Тартар? – я успела закончить предложение, до того момента как потеряла дар речи.
Кофейня внутри была не похожа на те, где я бывала одна или с девочками. Интерьер изобиловал картинками Парижа, раскинувшимися на всех трех стенах. На центральной была нарисована Эйфелева башня, с правой стороны Лувр, а с левой - Лазурный берег.
Я подошла ближе, чтобы разглядеть рисунок. Возле меня появилась администратор. Я не смогла сдержать эмоции.
– Это просто невероятно, как будто настоящие. Она с располагающей улыбкой ответила: – они и правда чудесны, это рисовали ребята из художественной школы.
– Ого! – бесконтрольно вырвалось у меня.
Никита был прав, тут чудесно. Помимо рисунков, на стене висели фотографии Парижа, его достопримечательностей и звезд. Снимки были черно-белые и цветные, а в середине зала висела невероятной красоты хрустальная люстра, и все это сопровождалось приглушенной музыкой на французском языке.
Администратор проводила нас к столику и сразу выдала меню. Никита помог мне снять куртку, и как истинный джентльмен придвинул мне стул.
– Ты такой галантный, – игриво произнесла.
– Ди, ты еще многого обо мне не знаешь, – подмигнул мне и сел напротив.
В воздухе витал запах сливочного масла и слоеного теста, желудок предательски заурчал, что не прошло мимо ушей Власенко. Он подавил смешок, но я все равно его услышала.
– Я просто с утра ничего не ела, а тут такой прекрасный запах, – начала оправдываться я, но Никита тут же остановил меня.
– Я просто обязан тебя угостить.
– Но...
– Никаких НО, Диана, я ждал этого момента всю жизнь.
Не знаю, что потрясло меня больше, его желание заплатить или признание. Скорее второе. Меня снова бросило в краску до кончиков ушей. Пока Никита делал заказ, я набрала сообщение в общий чат девочек: «Дорогие мои, простите меня. Честное слово, не знаю, что на меня нашло, точнее знаю. Я просто взбесилась из-за брата и накрутила себя, а дальше все по наклонной. Знаю, что это не оправдание моим психам, поэтому я пойму, если вы не захотите со мной разговаривать. Я вас очень люблю».
Следом открыла чат с мамой. Уверенности, что девчонки меня простят, а Саша пустит к себе, не было, но одно я знала точно - домой сегодня я не вернусь. «Мамуль, привет. Меня Саша позвала сегодня в гости с ночевкой, ты не против?»
Нам принесли десерты и кофе.
– Так значит про этот тартар ты говорил?
Улыбка не покидала лицо Никиты весь сегодняшний вечер.
– Это тарт Татен - классический французский пирог. И да, просто обязана, – он сложил руки перед собой и уставился на меня.
– Ты что будешь смотреть как я ем?
Он молча двинул бровями в мою сторону, давай ясный беззвучный ответ.
– Ты ненормальный, – бросила на него последний взгляд и принялась за дессерт.
С первой ложки я поняла, почему Никита просто требует его попробовать. Это было божественно-мучное мучение. Моя любовь к маминой шерлоке была безгранична до этого самого момента. Этот тарт - безупречен. Тонкие слайсы яблок присыпанные корицей в нежном сливочном тесте. Сочетание сладости и сливочности вскружило мне голову и я невольно застонала.
– Мммм, это что-то нереальное.
Никита, который все это время глазу с меня не сводил, довольно улыбнулся и наконец-то принялся за свой десерт. Я еще несколько раз твердила одну и ту же фразу: – как же это невероятно. Никита изредка поднимал глаза на меня и победоносно ухмылялся.
– Ники, не говори пожалуйста моей маме, но это лучший десерт с яблоками, который я пробовала.
– Ммм, а что мне за это будет? – лукаво спросил он.
Отогревшись и объевшись сладким, нас разморило. Никита выглядел таким расслабленным, попивая свой кофе. Сейчас он походил на ласкового барса, который притаился и ждет своей добычи. В нашем случае - добыча я.
– Так что мне будет за сохранность секрета? Переспросил Власенко, поднося кружку с кофе ко рту.
– Опять твои игры, – нахмурилась я.
– Напоминаю. Это ты первая провела меня и стянула желание, – указал кружкой в мою сторону.
