Вторая пара не упускала возможности усмехнуться над „обычными“ людьми, ведь отношения тех „скучны“, из них ушла любовь. Первая пара спокойно слушала страстных счастливчиков, даже не пыталась переубедить „моногаммистов“ в чем-либо, но в один момент Джанет, состоящая в браке с Дереком почти тридцать лет, задала вопрос: „Вы можете назвать любимый цвет друг друга?“ Казалось бы, простой и элементарный вопрос. Моя жена, кстати, обожает, черный. – Ведущий посмеялся на камеру. – И каково было удивление, что Мелисса и Адам, которые вместе десять лет и считают себя самой счастливой парой на планете, не смогли ответить на вопрос. Он просто ввел их в ступор. „Оу, дорогой, нам надо узнать друг друга получше“. – Дункан пародировал слегка женский голос, строя из себя Мелиссу. – „Может, напишем друг другу вопросы и заодно пропишем ответы? То есть тебе все равно, что мне нравится? Тебе главное то, что мы классно трахаемся десять лет?“» – Ведущий заржал на камеру.
Пока Анна ехала к дому своей погибшей подруги, она восполняла пробелы информации, – что произошло за дни, пока она была в отключке. Несколько людей прислали ей ссылки на последний выпуск Дункана Касла. Учитывая направленность выпуска, каждый бы понял, к какой ужасной новости ведущий перейдет дальше.
«Но давайте поговорим об ином типе любви, точнее нелюбви, – продолжил Касл, вновь заговорив серьезно на камеру. – Невзаимной влюбленности. Явление, с которым не справится „МоноГамма“, в отличие от вандрима, устройства, которое исполнит все ваши желания. Николас Грэм, молодой мужчина двадцати девяти лет, администратор и оператор технической поддержки в одном из самых известных стартапов „Мэнсис“, влюбился в свою коллегу Анну Эйрд. Сервис для поиска идеального партнера, как иронично. К сожалению, влюбленность не была взаимной и, по нашим данным, девушка переживала болезненное расставание с бывшим партнером, с которым, кстати, познакомилась через тот же „Мэнсис“. Уже интригует?»
Услышав свое имя и увидев свою фотографию в выпуске новостей, Анна вздрогнула. Ей было настолько стыдно и страшно, что она осмотрелась по сторонам в вагоне метро, опасаясь, что ее кто-то узнает. К счастью, всем окружающим ее пассажирам было все равно: большинство людей пялились в свои телефоны и занимались своими делами.
«Николас путешествовал в мир осознанных сновидений, где он был счастлив с Анной, – продолжил ведущий, – только есть одна проблема: у Николаса афантазия, это такое состояние, при котором человек не может создавать мысленные визуальные образы. Как это повлияло на его использование сонного девайса? Что ж, его сны практически не отличались от реальности, в которых он ничего не мог творить. Более того, предварительное обследование Николаса показало, что он страдал нарколепсией. Погружаясь в осознанные сновидения, он словно повторно проживал прошедший день, только там он мог делать все, что хотел. Сон для него был словно симуляцией, в которой он может творить полное безумие без последствий, но он не мог из ниоткуда взять ракетницу и палить из нее по всему, что его окружает. Нет, ему нужно достигать своих целей и фантазий, как в реальности, а они у него очень даже специфичные.
Молодой администратор в своих снах любил заниматься сексом с Анной… публично, перед своими коллегами, предварительно расстреляв парочку из них. И так продолжалось достаточно долго и дошло до того, что парень почти каждый день брал с собой пистолет на работу, по сути, забывая, спит он или бодрствует. К сожалению, вчера, двадцатого октября, случился роковой день для Майкла Понди, Джоша Бастера и Мэри Уинстон…»
Анна не смогла сдержать слез, когда услышала имя своей подруги, которой больше нет. Она не хотела слушать подробности того кошмара, который ей пришлось испытать. Она перемотала дальше.
«…Сам Николас утверждал в полиции, что Анна вчера выглядела иначе, была совсем другой, вела себя так, как никогда не происходило в реальности, – заявил Дункан. – И это действительно так. Посмотрите, пожалуйста, чем занялась мисс Эйрд сразу после той кошмарной ночи…»
Анна увидела запись с камеры мобильного телефона одного из посетителей клуба «Неспящие», где она сползала вниз по шесту и публично раздвинула ноги. Еще одна волна чувства стыда накрыла Анну, и как же хорошо, что на запись не попало, что на ней не было нижнего белья.
