– Мне больше нечего сказать. Все это очень тяжело. Теперь тот русский ищет меня, и, в конце концов, я знаю, что найдет. Он слишком силен и не остановится ни перед чем, чтобы вернуть меня, потому что я – его потерянные деньги. Жарков…
– Жарков? – перебил я.
– Да. Это его фамилия. Он один из самых жестоких свиней, которых я когда-либо встречала. Он превратил мою жизнь в ад!
– Почему бы тебе не вернуться обратно в Англию? Связаться с бабушкой?
– Не могу. У Жаркова мой паспорт и все мои документы. У меня нет ничего, чтобы доказать, кто я. Более того, у него есть друзья в высших кругах. Он угрожал мне и предупреждал, что у него повсюду свои люди, которые всегда найдут меня. Мне некуда идти, и я каждую секунду в страхе на всех оглядываюсь... а бабушка больна и находится в доме престарелых. Я бы не посмела связаться с ней и побеспокоить... у меня не осталось никого, кто бы смог меня защитить.
Конечно, я слышал о Жаркове. Все, что Тесс рассказала, являлось правдой. У него была репутация безжалостного насильника, почти такая же, как и у меня. Единственная разница между Жарковым и мной заключалась в том, что для русского все его жертвы были легкой добычей. Я как-то слышал историю о том, как этот толстый русский хрен пнул маленькую девочку по голове только потому, что она случайно на него наткнулась. Когда мать начала возмущаться, больной извращенец изнасиловал ее.
– Да, он долбанутый, сто процентов, – произнес я. – Какой у тебя был план после побега? Спрятаться в своей квартире?
– Не было никакого плана. Я просто хотела сбежать от него. Сбежать от его жирных пальцев, пуза, волосатой груди и..., – Тесс вздрогнула и закашлялась, сдержав слезы.
В углу тумбочки стояла неоткрытая бутылка с водой, я взял ее и отдал девушке.
– На. Выпей.
– Спасибо, – она схватила бутылку с водой и сделала большой глоток. Девушка перевела дух и снова разрыдалась. Она опустила голову мне на грудь, продолжив судорожно плакать. Я похлопал ее по спине, неловко, но нежно.
Мой телефон завибрировал, и Тесс вздрогнула.
– Да?
– Бар, – прогремел мужской голос, и трубку повесили.
– Мне пора. Вот, – я нашел свой кожаный бумажник на прикроватном столике, вытащил двести долларов и протянул ей. – Закажи еду. Думаю, найдешь, где можно заказать продукты. Где-то здесь у меня есть старый ноутбук, который все еще должен работать.
– Ты уходишь? Сейчас? – недоверчиво воскликнула Тесс.
– Когда мне звонят, я иду. Это часть моей работы. Запри дверь. Закажи еды. Посмотри что-нибудь по телевизору.
Я быстро натянул чистую, черную футболку и джинсы, кожаную куртку, ботинки и, конечно же, прихватил два пистолета.
– Просто... постарайся расслабиться. Скоро вернусь.
Тесс смотрела мне в след, пока я выходил из квартиры.
Бар, куда меня вызвали, назывался «Пьяная гарпия», и именно здесь босс проводил большую часть своего времени. Бар посещали десятки закоренелых преступников, ставших моей единственной семьей. Это была сплоченная, преданная и талантливая команда мужчин, и еще это был мой второй дом. В свободное от работы время я проводил тут дни, боксировал с командой, проверял новейшее оружие и ремонтировал свою машину. Моя красавица – классический черный Шевроле 1970 года – участвовала в перестрелке, и в итоге на ней остались украшения в виде дыр от пуль. Я заплатил механику хорошие деньги, чтобы тот над ней поработал, и она снова стала как новенькая. А пока я бродил по улицам, словно одиночка. Наверное, я таким и являлся на самом деле.
Улицы освещались слабыми фонарями и голубым лунным светом. Время от времени я слышал рев мотора, визг шин или крики людей. По улицам шатались пьяные, от них несло сигаретами и виски. Женщины в коротких юбках и на высоких каблуках, на которых едва могли передвигаться, стояли, прислонившись к кирпичным стенам, и курили. По их лицам становилось понятно, что они были под кайфом.
Я заглянул на задний двор бара и увидел, что там ремонтировали, красили и разбирали машины, в том числе и мою. Здесь люди никогда не спали, здесь всегда было оживленно.
Я зашел в бар и кивнул Пити, Ганнеру, Смитти, Квиктоу, Дастеру и Самсону, и направился в дальний кабинет, постучав в дверь.
– Кто? – спросил один из подручных босса.
– Лиам.
– Заходи.
Меня провели в помещение, похожее на кладовку, но, когда сдвинули шкаф, передо мной открылся большой кабинет с кондиционером. Босс сидел за столом в черном деловом костюме на размер меньше, чем нужно бы. Стол был таким же большим, как и его живот, а в руке босс держал пачку хрустящих стодолларовых банкнот. Такие пачки лежали повсюду, их было слишком много, чтобы держать в сейфе и банке. Босс сложил руки на груди, кивнул своему охраннику, а затем мне, чтобы я сел. На столе стояли бутылка «Джека Дэниелса» и два стакана.
– Зверь! – поздоровался босс, сверкнув хитрой улыбкой, полной пожелтевших от наркотиков, табака и виски зубов.
– Босс, – кивнул я.
