Одержимость киллера полностью

– Ты уклоняешься от ответа, – настаивала Тесс, откусывая кусочек жареной картошки. Она взяла банку содовой, открыла ее и сделала глоток. – Может, уже признаешь, что хочешь мне что-нибудь рассказать? – она продолжила, ставя банку обратно на ковер. – Я поделилась с тобой о своей жизни...

– Я никогда не просил об этом! – огрызнулся я. – Я не просил тебя ни о чем рассказывать! – теперь я начал злиться. Я ни хрена ей не должен!

– Не ори на меня! Ты просил об этом в ту ночь, когда спас меня!

– Я увидел прекрасные ноги и горячую киску в обтягивающем красном платье. Вот и все.

– Не верю! Я верю, что ты почувствовал нечто большее. Все, о чем я прошу, это чтобы ты открылся мне! Ты понимаешь, что это единственное, из-за чего мы ругаемся?

Я не ответил.

Тесс зарычала и запустила своей тарелкой с китайской едой в стену. Картошка фри и кусочки рыбного пирога рассыпались повсюду. Соевый соус, панировочные сухари и рыба прилипли к стене и медленно стекали на пол.

– Я устала от твоего дерьма! В одну минуту ты заботливый, игривый и веселый, а в другую холоден как лед! Прими чертово решение! – Тесс вскочила на ноги. – Значит, ты видел во мне только прекрасные ноги и горячую киску? Это все, что я для тебя значу? Серьезно? После всего, через что мы прошли? Кем, черт возьми, ты себя возомнил! – я понял, что облажался с высказыванием, но не знал, как остановить это безумие, чтобы все еще больше не вышло из-под контроля.

– Я не позволю тебе, черт возьми, разговаривать со мной, как с каким-то куском дерьма! Если думаешь, что я боюсь тебя, то ты сильно ошибаешься.

Тесс сжала кулаки и посмотрела на меня сверху вниз. На ней были футболка, трусики и больше ничего. Она расхаживала взад-вперед, прежде чем снова встала передо мной.

– Почему ты такой чертовски сложный! Мы так хорошо ладим, но, когда я пытаюсь хоть на дюйм стать ближе к тебе, ты обращаешься со мной так, словно я пустое место! Почему ты пытаешься притвориться самым большим мудаком на свете? Нам ведь было так хорошо! – девушка в отчаянии всплеснула руками. – Я знаю, это звучит банально, но разве ты не понимаешь, к чему я клоню?

За последние годы своей жизни я натренировал свои нервы до уровня профессионала. Пришлось это сделать ради работы. Но что-то оборвалось во мне, когда Тесс продолжила кричать. Пронзительные крики в этой комнате мотеля вывели меня из себя. Не успел я опомниться, как уже стоял на ногах, со стиснутыми зубам возвышаясь над Тесс.

– Отвечай, Лиам!

– Прекрати орать!

– Тогда, черт возьми, ответь мне!

– Где бы ты сейчас, мать твою, была, если бы не я! – теперь я находился в нескольких дюймах от ее лица и оттеснил девушку к стене. – Где бы ты сейчас была, мать твою, если бы я не спас твою задницу в том переулке! – я был близок к потере контроля.

– Отойди, нахрен, от меня! – Тесс приподнялась на цыпочки, пытаясь подняться до моего уровня.

– Ты была бы мертва или лежала бы в гребаной постели Жаркова. Вот где! Я убивал за тебя, я сражался за тебя, и все, чего я хочу, это спокойно поесть гребаную еду, не слушая, как ты вопишь мне в гребаное ухо! Ты знала, что я мудак, но сама решила остаться!

– Это не относится к теме, но знаешь что? Откуда мне знать, что ты не работаешь на Жаркова и русских? Что, если все это подстроено, и ты манипулируешь мной и ведешь себя так, будто тебе не все равно, а потом просто возьмешь и сдашь меня ему?

– Работаю на Жаркова? Хочешь сказать, я крыса?

– Ты не хочешь открыться мне, Лиам! Так как же, черт возьми, я должна понять, что происходит на самом деле? Я больше не хочу играть в угадайку!

– Не смей, твою мать, называть меня крысой, – предупредил я. – Я никогда не пойду против Бьянки. Семья и верность до самой смерти, и я унесу это с собой в могилу. Даже если они облажались, они все равно единственная семья, которую я знаю.

– Ты можешь просто рассказать обо всем. Откуда мне знать, что ты не крыса? А? Как мне узнать настоящего Лиама? Потому что, честно говоря, я ни хрена о тебе не знаю! – Тесс, сошла с ума, нахрен.

С меня хватит, черт возьми.

– Хочешь, чтобы я пустил тебе пулю в голову? Тогда попробуй назвать меня крысой снова. – я почувствовал, как животное внутри меня начало вырываться.

– Я же сказала тебе отойти от меня, черт возьми! – девушка не перестала кричать. Я восхищался ее упорством, но сучка зашла слишком далеко.

Я возвышался над ней, пока она безуспешно пыталась оттолкнуть меня.

– После всего, что я для тебя сделал, так ты мне отплатила?

– А как насчет ключа и послания на клочке бумаги? Что скажешь?

– Ты рылась в моих вещах?

– Да! И знаешь почему? Потому что я тебе не доверяю! Ты не подпускаешь меня! А теперь отойди нахрен! Назад, мать твою!

Я развернулся и пробил дыру в стене над ее головой. Тесс вздрогнула, но не отступила.