Они открылись сами собой, и он увидел ее. Санька сидела рядом. Митя не мог понять, что это – продолжение сна или он действительно видит свою мечту.
– Здравствуй, милый! – Санька ласково прикоснулась к нему рукой.
– Все-таки я сплю, – подумал парень и ответил: – Вот так встреча, да? Прикинь, не принц на белом коне, а дурик из психушки. Как тебя пропустили?
– Главный врач, мой земляк из Мариуполя и очень хороший человек.
Оба замолчали. Санька подбирала слова, потому что от продуманной ночью речи не осталось и следа. Парень вообще не знал, что говорить и мечтал поскорее проснуться или снова вернуться к бабушке.
– Ну и как мы теперь? – нарушил паузу он.
– Как-нибудь, главное, что мы любим друга друга!
– Разве ты сможешь любить такого, как я?
– Какого?
– Какого, какого? Убийцу и дебила из дурки!
– Скажи мне, разве Клавдия Семеновна считает тебя убийцей?
– Про сон, который я видел несколько минут назад, она знать не может! Значит, я продолжаю спать, – подумал он и ответил: – Нет!
– Петр Андреевич не считает тебя дебилом. Он главный врач, и ему можно доверять. А я считаю тебя любимым и преодолела ради тебя миллион препятствий и трудностей, так что нужно прекращать расклеиваться. Мне нужен мужчина!
– У тебя всегда все так просто! Это все сон, и я сейчас проснусь.
– Ты не спишь! Хочешь, я тебя поцелую, и ты убедишься, что это не сон?
– Ты сможешь поцеловать такого, как я?
– Я смогу целовать тебя всю жизнь!
Молодые люди просидели так еще около часа. Было заметно, что они больше не знают, о чем говорить. Нужно было спросить у Саньки, как она пересекла границу и устроилась, но Митя был на это не способен. Девушка восприняла его безразличие как проявление болезни и старалась оказать парню поддержку своим молчаливым присутствием. Перед расставанием она наклонилась и поцеловала его в щеку.
На следующий день Санька пришла ближе к вечеру и принесла с собой кока-колу и шаурму. Митя ел без аппетита и справиться с любимым блюдом не смог.
– Тебе что, совсем не интересно как я, что со мной? Как я живу в чужом городе, в чужой стране? – с обидой спросила она, собираясь уходить.
– Интересно!
– А почему не спрашиваешь?
– Не знаю!
– Молодец! Не знает он! Ты знаешь что? Ты давай, прекращай! Давай потихоньку склеивайся обратно! Я там одна долго не протяну…
Так прошла неделя. Доступ родственников в это закрытое учреждение был ограничен, но Санька, пользуясь телефоном главного врача, проходила в отделение каждый день. Как ей казалось, Митя потихоньку становился похож на самого себя.
– Мне нужен телефон, – сказал он однажды.
– У меня нет денег, – девушка развела руками.
– Смотри, найдешь в интернете улицу летчика Перова, дом не помню, попроси у кого-нибудь ручку с листочком, я тебе нарисую.
Крестные нашлись быстро. Она долго сидела у них на кухне, сжимая кружку с остывшим чаем и плакала. Но вскоре девушка взяла себя в руки. Вместе с крестными они проехали к дому Мити. Санька долго рассматривала фотографии, закрепленные на стене, потом взяла в руки детский фотоальбом, стоявший на видном месте.
– Какой он все-таки прикольный был в детстве! – с улыбкой подумала она.
Кнопочный телефон лежал в коробке в ящике стола. Девушка открыла шкаф и взяла в руки оранжевый блокнот Клавдии Семеновны. В середине книжки лежали деньги.
– Сколько брать? – спросила она крестную.
– Сколько нужно, тебе виднее.
Несмотря на предложения парня, Санька не решилась заезжать в дом. Нет, она не боялась приведений, просто жить одной в таком большом доме? К тому же какой у нее статус? Родственница, подруга, невеста? Митя молчит, да и сама девушка чувствовала необъяснимый внутренний дискомфорт.
Примерно через месяц парня выписали. Она встретила его у входа. Они обнялись и под ручку пошли к остановке. Митя молчал, и Санька вновь испытала чувство неловкости. Что-то было не так.
С этого дня началась новая жизнь. Он снова устроился на работу в Макдональдс, она трудилась в той же кафешке. Девушка решила поступать в медицинское училище с перспективой учебы в институте. Иногда вместе раздавали рекламки. Спали в разных комнатах и вели себя как друзья. Они и сами не смогли бы объяснить свое поведение. Что-то мешало их сближению и стояло между ними. Скорее всего, им просто нужно было время.
Санька занималась женской работой по дому, Митя помогал. На бабушкином компьютере парень распечатывал рецепты и учился готовить. Он загружал стиральную и посудомойную машины, подметал, мыл полы и работал в огороде.
Если бы дед и бабушка были живы, то наверняка бы радовались и гордились внуком, ведь его поведение не шло ни в какое сравнение с тем, что было раньше. Целыми днями парень искал себе занятия, и все, за что он брался, спорилось в его руках. Первым делом он разобрался с заработком Клавдии Семеновны в интернете и попробовал подменить ее. Получилось. Это было приятно. Одним словом, все шло хорошо, но Митя ходил по дому сам не свой.
– Что с тобой, милый? – спросила Санька.