– Я взяток не беру! – одернув мундир, разыграл я оскорбленное достоинство и с возмущением посмотрел на бая.
– Ай, зачем взятка?! – немедленно отреагировал Дустум, с экспрессией всплеснув руками. – Подарок!
– Я что, по-твоему, барышня, чтобы мне подарки дарить? – грубо оборвал я наглого степняка.
Раскрыв рот, бай так ничего и не сказал.
Зато бес отреагировал, сердито зашипев мне на ухо: «Ты что творишь, ослоголовый? Что творишь?! Зачем человека, идущего верным путем, с толку сбиваешь?! Не так это делается! Надо намекать, что мало дают, а не что брать не будешь!»
– Зачем барышня?! Друг! – нашел, как выкрутиться, бай.
– Вот это другой разговор, – удовлетворенно кивнул я. И, сложив руки на столе, изобразил радушную улыбку. – Если чисто по-дружески, то есть один вариант решения проблемы к обоюдному удовольствию. Без взяток и подарков.
«Что?! Что?! – тут же возопил бес. Сидя у меня на плече, он-то уже потирал лапки в ожидании золотых кругляшей. – Ты совсем сдурел?!»
«Бес, а ты Кейтлин видишь?» – вдруг спросил я, проигнорировав его возмущенные вопли.
«Ну вижу, – прекратив разоряться, кивнул тот и бросил недоуменный взгляд на стоящую возле стола суккубу. – А она-то тут при чем?»
«И я ее вижу, как ни странно, – подчеркнул я этот удивительный факт и любезно пояснил недоумевающему бесу: – И вот пока я ее вижу, ты золото шиш увидишь! Понял, скотина зловредная?!»
«Да я-то в чем виноват?! Это же ты все время о Кейтлин думаешь! А виноват почему-то бес! А я же все для пользы дела, все для пользы дела… Каждую корочку в дом тащу! А ты… Опомнись! Денежки ведь мимо нас проплывают!» – в отчаянии заломив лапки, горестно взвыл бес, но я проигнорировал его стенания.
– Какой такой решений? – осторожно спросил бай Дустум, опять перейдя на свой говор, коверкающий имперскую речь. Видимо, из-за волнения.
– Ты племяшку Лигета видел? – вопросом на вопрос ответил я.
– Лидка? Видел… – Бая явно сбил с толку неожиданный переход к обсуждению родни трактирщика. – Страшный, как кайран…[6]
– А ты знаешь, что Лигет собирает деньги, чтобы поправить девчонке красоту? – поинтересовался я. – Но никак нужную сумму не накопит… И вспомоществование в этом добром деле ему не помешает…
– Сколько? – уточнил Дустум, мгновенно вычленив из моего намека его суть.
– А не знаю, – усмехнувшись, развел я руками. – Сколько ему не хватает до потребной суммы. Тут уж как повезет. Может, и десятком золотых отделаешься, а может, и полсотни выложить придется. Чтобы в другой раз думал, когда контрабанду протащить решишь, во что тебе это обойдется и не проще ли невеликую таможенную пошлину уплатить.
– А с барашками что?.. – осторожно спросил бай, в очередной раз утерев платочком выступивший на лбу пот.
– Да ничего, – пожал я плечами. – Оформим на них еще одну таможенную декларацию, уплатишь положенную пошлину, да гони их себе с миром.
– Я сейчас! – подскочил со стула бай. Смекнул, видать, что у Лигета в кубышке явно не один золотой лежит и ему всяко меньше денег давать придется, чем чинуши начислят к уплате за контрабанду.
«Вот все и сладилось, – довольно потер я руки, глядя на тоскливо вздыхающего беса. И весело рассмеялся: – Думаю, тебе пойдет в зачет это доброе дело, как считаешь? Ты же мне как-никак подсоблял. Погляди там, шкурка-то у тебя не белеет еще?»
«Не белеет! – буркнул в ответ рогатый и, покосившись на меня, закатил глаза: – До чего же тяжко с тобой… Даже уже и не знаю, как до тебя достучаться… Сотню бесенят и то проще уму-разуму научить, чем одного остолопа».
«Не надо меня учить, – наотрез отказался я от сомнительного удовольствия быть обучаемым бесом. – Свое разумение имеется. И без твоих поганых наущений как-нибудь обойдусь!»
«Тогда пойди и утопись прямо сейчас! – неожиданно присоветовал мне этот поганец хвостатый. – И не морочь голову ни себе, ни честным бесам!»
«И отправься прямиком в Нижний мир? – криво ухмыльнулся я. – Куда души всех самоубийц попадают? Вот все советы у тебя такие! Поганые и зловредные!»
«Думаешь? – скорчил разочарованную физиономию рогатый. – А мне вот кажется, что твое сидение на месте куда хуже следования самым плохим советам. Время-то не остановишь, оно все течет и течет!»
«И что?» – не понял я, к чему он ведет.
«Да то, что пока ты тут сидишь, стервочку Кейтлин уже того!» – сердито засопел бес.
«Чего того?» – нахмурившись, с подозрением осведомился я.
«Уведут! Вот чего! И что тогда делать будешь? Выход-то у тебя только один останется – самому податься на плаху! Сам говорил!»
«Знаешь, бросать все и мчаться добывать сумеречника тоже не очень разумно, – не поддался я на подначки поганой нечисти, хоть она и истину говорила. – Без реального плана и подготовки – шансов выжить ровно столько же, сколько и на плахе».
«А ты готовишься?! – воскликнул, вскочив на ноги, бес. – Да ты уже три месяца тут дурью маешься! – И обличающе ткнул в мою сторону пальчиком: – Вот сколько ты за это время золота в кубышку отложил, а?»
«А при чем здесь золото?» – озадаченно уставился я на беса.
