– А деньги где взять? Официанткам не слишком много платят.
– Ты работаешь официанткой?! – взревел Дэвид, и я отвела от уха трубку, извергавшую поток негодования. – Где ты?
– В небольшом городке, почти поселке, в четырех часах езды от Сан-Франциско.
– В такой глуши? – ужаснулся он. – Перебирайся в город. Найди нормальную работу. Кстати, в Сан-Франциско есть отделение «Аргонавта».
– Знаю.
– Тогда почему не связалась с ними? Кесслер может тебя туда порекомендовать.
– Ну да, я об этом думала, и не раз.
– Что же тебя останавливает?
– Все очень сложно.
– Вовсе нет. Ты сама все усложняешь. Теряешь время, и совершенно напрасно. Довольно потерь. Ты молода и считаешь, что год вместе – это много, но поверь, это мизер, если брать в расчет целую жизнь. Ты потратила год, потому что многого не знала, но теперь-то разобралась и видишь, что совершила ошибку, и просто глупо с твоей стороны и дальше тратить время на неподходящего человека. Уходи сейчас, пока не появились дети.
– Ты не понимаешь. Я многим ему обязана.
– Допустим, он действительно сделал для тебя что-то хорошее. И ты собираешься всей своей жизнью за это расплачиваться? Он на целый год обзавелся хозяйственной и горячей женушкой. Как ни считай, вполне достаточная оплата. Натурой. А теперь помаши ему ручкой и скажи: «Чао!»
– Но он же грозится, что покончит с собой...
– Тогда перед уходом найди ему кого-нибудь, кто тебя заменит. Бог свидетель, ты в этом деле дока.
Меня так сильно задели слова Дэвида, что я аж вздрогнула.
– Я завязала со сватовством.
– У тебя есть деньги?
– Денег нет. – Я зажала в пальцах свой бриллиант. – Но Влад подарил мне роскошное кольцо.
– Так продай его.
– Я уже рассматривала этот вариант.
– Тогда почему ничего не предпринимаешь?
– Ну-у, не знаю…
– Ты изменилась. Похоже, у тебя депрессия.
– Я в Америке. Откуда тут взяться депрессии?
– Не все зависит от страны. Уходи от Тристана, беги из этой дыры, пока не превратилась в полную размазню.
Я непроизвольно распрямила спину и вздернула подбородок.
– Да как ты смеешь! Ты, самонадеянный...
Дэвид расхохотался.
– А вот и Дарья.
* * * * *
Я подписалась на «Сан-Франциско кроникл», расплатившись чеком со своего личного счета. И каждое утро дотошно изучала страницы с объявлениями о жилье и работе. Сумею ли я прожить самостоятельно? Раньше я никогда не оставалась совсем одна, даже на выходные. Не слабо ли мне? Безопасно ли в большом городе? Почем встанет квартира? Сколько я смогу заработать? Хватит ли мне на все про все этих денег?
Поглаживая подарок Влада, я вспомнила изумруд, который Тенс презентовал Джейн. И впридачу вспомнила Джонотана, промышлявшего скупкой и продажей старинной ювелирки. Интересно, сколько у него получится выручить за мое кольцо? Возможно, этого хватит, чтобы я смогла?..
Исчезнуть. Слинять отсюда. И начать все заново. Бриллиант был крупным и искристым, а со слов знающих людей, золото советского производства – лучшее в мире. Но ведь все те люди были советскими гражданами и с тем же пылом объявляли лучшим в мире советский строй. Может, эта побрякушка ничего и не стоит. Я позвонила Джейн, и она продиктовала мне номер Джонотана, наказав держать с ним ухо востро. После того как я в красках расписала кольцо, он вызвался приехать прям на следующий день и произвести оценку.
Мы встретились в кафе, пока Тристан был на работе. Я расстегнула изящную серебряную цепочку от Дэвида и уронила Владово кольцо в ладонь Джонотана. Он зажал его большим и указательным пальцами и стал медленно поворачивать, рассматривая со всех сторон. Вытащил из кармана рубашки ювелирную лупу, приставил к глазу и как-то разом превратился из легкомысленного прожигателя жизни в прагматичного спеца. Разительная перемена.
– Могу получить за него десять тысяч, – авторитетно заявил Джоно.
– Долларов?! – воскликнула я.
Обратно адиётка. Ясен пень, не гривен или рублей. Когда огромная сумма улеглась в голове, возникло желание взяться за ценное кольцо двумя руками и не выпускать. Во мне сошлись волна и камень, стремление вперед и оглядка назад. Джейн как-то сказала, что Джонотан нюхает кокаин. А вдруг он спустит на наркотики все вырученные для меня деньги? Я выставлю себя полной дурой, доверившись такой сомнительной личности. Но разве есть другой выбор? Я хотела продать, а у Джонотана имелись связи с теми, кто мог бы купить мой товар. Он молча протянул мне кольцо на раскрытой ладони, словно предлагая его забрать.
Проходившая мимо Пэм воскликнула:
– Бог ты мой! Оно настоящее?
– Само собой, – кивнул Джонатан. – Собираюсь на следующей неделе сделать своей подруге предложение, и хотел показать кольцо Дарье.
– Просто неотразимое! – восхитилась Пэм, не спуская глаз со сверкающего бриллианта. – Неужели какая-то девушка сможет вам отказать?
– Девяносто процентов девушек, населяющих область залива.
– Но вам-то нужна одна-единственная. – Пэм тряхнула головой и вздохнула. – У меня никогда не было такой прекрасной вещицы, – добавила она и помчалась на кухню.
