Одесское счастье полностью

– Понимаю, ты на меня в обиде. Хорошо, давай я отпущу тебя в Киев. Я люблю тебя и могу еще немного подождать. И даже не виню тебя в том, что ты чисто из вредности хочешь меня помучить в отместку за то, как сама мучилась по моей милости.

«Он отпустит меня в Киев?» Ёлы-палы! А не много ли на себя берет этот хуцпан, а? Это ж наглость с его стороны думать, будто я света белого не видела до его возвращения, что только при нем ровно задышала. А теперь небось ждет, что я сдамся и упаду в его объятия и в королевских размеров кровать?! Два раза по щаз! Влад попытался обратно всучить мне свою коробочку, но я не разжала рук. Тогда он бросил ее в мой чемодан, повернулся и нежно сжал мои плечи. Я стряхнула его ладони. Мама дорогая, как же ж я себя ненавидела за свою слабость перед ним.

– Хочу, чтобы ты была целиком моей. Чтобы носила мое кольцо. Даша, поклянись, что как только вернешься в Одессу, мы сразу поговорим и все уладим.

Закусив губу, чтобы сдержать смех, я посмотрела в его серые глаза и сказала:

– Клянусь. Как только вернусь в Одессу, мы сразу поговорим.

Ага, как только – так сразу. А себе я тоже кое в чем заодно поклялась: «Я никогда сюда не вернусь. Никогда. Даже если буду несчастна». А потом кулак в животе разжался, и я расхохоталась. Разве не смешная мысль, что можно быть несчастной в Америке?

Влад расплылся в ответной улыбке, словно видел в моем смехе свою заслугу. Ну да, он же у нас гросспуриц, вокруг которого все вертится. Угораздило же меня в такого вот влюбиться. Он дернулся меня поцеловать, но я упредила его порыв, и Влад ткнулся лишь в волосы. Тогда он поцеловал мне руку и вышел за дверь.

А потом ко мне зашла бабуля.

– Это был?..

Когда я кивнула, она раздраженно фыркнула:

– Бандит, натуральный душман. Без него тебе будет лучше!

Она по-православному перекрестилась, коснувшись поочередно лба, груди, правого и левого плеча, а затем трижды сплюнула на сторону. Я отдала ей коробочку с кольцом и попросила вернуть потом Владу.

А дальше позвонила дяде Вадику, чтобы отвез нас на вокзал.

Загрузив мои чемоданы в багажник, он усмехнулся:

– Едешь повидаться с американским кузеном. Угадал? Скажи, что я угадал!

– Она просто едет до Киева на какое-то время, – отрезала бабуля.

Я заметила, что следом за нами от тротуара двинулся черный седан.

– Нашла-таки себе парня? Это из-за него ты сорвалась в Амер... то есть в Киев? – поинтересовался дядя Вадик.

– В том числе, – уклончиво ответила я.

Уже на вокзале я вдруг ощутила на себе взгляд Влада из проплывавшего мимо «мерседеса». Дядя Вадик, как носильщик, поднял мои чемоданы, и мы втроем отправились в вагон. Уже в купе бабуля достала из сумки бутылку шампанского и пластиковые стаканчики. Мы чокнулись и провожатые пожелали мне удачи. Потом дядя Вадик вышел, оставив нас с бабулей наедине. Она вытащила из сумки зеленую кожаную коробочку и вложила в мою ладонь.

– Возьми это кольцо, Дашенька. Если когда-нибудь решишь вернуться домой, сможешь его продать на крайний случай.

Сердце защемило, так мне не хотелось говорить ей, что обратной дороги не будет, не хотелось гиркаться в наши крайние минуты. Поэтому я молча взяла кольцо, привесила его на серебряную цепочку, подаренную Дэвидом на первый месяц нашего с ним знакомства, и убрала под блузку. Бриллиант смотрелся таким недешевым, что если его заметят какие-нибудь гопстопники, мне не поздоровится.

– Если таки выйдешь за Влада, тебе понадобится отдельный охранник для этого кольца, – усмехнулась бабуля. – Я буду скучать. Очень сильно буду скучать по тебе, заинька. Но ты приняла мудрое решение.

– Я люблю тебя, бабуля. Ты у меня одна.

Глаза затуманились. Я крепко обняла бабулю и прижалась щекой к ее щеке. Наши слезы смешались, горькие и соленые, как Черное море.

Парить в небесах, рассекать облака – это ли не чудо. Натуральное чудо, сотворенное человеком. Сколько же удивительного можно наделать, стоит только захотеть. Я добралась до Сан-Франциско за двадцать четыре часа: из Киева перелетела в Варшаву, из Варшавы – в Атланту, из Атланты – в Сан-Франциско. Пересадки были мелочью по сравнению с хипежным выстаиванием у ворот посольства в толпе на получение визы.

Одесса – дружелюбный город с многочисленными кафешками и приятной глазу красочной архитектурой в центре. Незнакомцы охотно общаются и хором бурчат в ожидании троллейбуса. Одесситы пытливы и открыты всему новому, поэтому с ними легко знакомиться. Как и Америка, Одесса недавно отпраздновала свой двухсотлетний юбилей. А вот Киеву уже больше тысячи лет. Люди здесь более-менее вежливые, но и близко не дружелюбные. Сама столица – серая и холодная, а архитектура там призвана поражать или даже устрашать. К сожалению, у меня не нашлось времени обследовать пафосные бульвары и музеи из-за собеседования в американском посольстве.