За делами остаток рабочего дня пролетел незаметно. Помощники Даны ушли домой, как обычно, в семь, и Дана тоже засобиралась, заглянув перед уходом в магазин, чтобы убедиться, что с КУПом для анимага всё прошло хорошо.
Гелинда отрапортовала, что всё нормально, артефакт покупателю очень понравился, не забыв добавить, что про Дану он действительно спрашивал. Дана поблагодарила продавщицу, проигнорировав завуалированный вопрос «А кто это вообще такой был?», и отправилась домой.
И только выйдя из здания, наконец-то сообразила, что за весь день даже не подумала поинтересоваться, стоит ли машина отца на служебной парковке во дворе. Утром она там не была, поскольку на работу ездила на трамвае, остановка которого располагалась почти напротив главного входа в штаб-квартиру.
В том, что дочь знаменитого изобретателя предпочитала трамвай, не было ничего удивительного: в отличие от вечно переполненных автобусов, в трамвае всегда можно было найти сидячее место, поскольку билеты на этот новый для Молусизии вообще и для Карназона в частности вид транспорта были довольно дорогими.
И кроме того, Дане нравились трамваи, желтенькие почти поезда с забавными рожками токоприемников. А водить машину она умела, но не любила. Поэтому подарок отца на двадцатипятилетие – желтый седан с откидным верхом и роскошными кожаными сиденьями – большую часть времени пылился в гараже.
В общем, хотя наличие машины при отсутствии отца было бы довольно странным, Дана решила зайти на парковку и проверить. И оказалось, что автомобиль там был. Запертый и пустой. Поскольку запасные ключи от него хранились дома, открыть салон или багажник и проверить их содержимое Дана не могла. Но беспокойство её от всей этой странной ситуации только усилилось.
Так что, вернувшись домой, Дана наскоро поужинала, разогрев то, что приготовила днем ана Броунс – приходящая домработница, и решила позвонить семейному адвокату. Горлеон Адамис начал вести дела семьи Мартс еще до рождения Даны и всегда был готов помочь, пусть и за немалое вознаграждение, но оно того стоило.
Ан Адамис объяснил, что заявить в полицию о пропаже совершеннолетнего, если таковая произошла не при очевидно опасных обстоятельствах, можно только через сутки после того, как его достоверно видели в последний раз. Правда, некоторые недобросовестные сотрудники полиции могут пытаться убедить заявителя в том, что ждать нужно целых три дня, но это не так, по истечении суток заявление принять обязаны. Другой вопрос, насколько активно полицейские будут разыскивать пропавшего.
На вопрос, не стоит ли тогда обратиться к частному детективу, которого можно с легкостью заинтересовать крупным вознаграждением, адвокат высказался в том духе, что это сделать, безусловно, можно, но во избежание различных возможных неприятностей сначала лучше подать официальное заявление в полицию. А вот после того, как его зарегистрируют, можно хоть сразу идти к «частнику».
Записав ссылки на все перечисленные аном Адамисом законы, постановления и инструкции, с указанием статей, пунктов и подпунктов, Дана поблагодарила за советы, пообещав завтра же оплатить счет, который, она была уверена, уже к началу рабочего дня будет ожидать её в конторе: плох тот адвокат, который не способен позаботиться о своих собственных интересах.
Закончив разговор, Дана решила немного почитать, но сосредоточиться на книге не получалось, мысли постоянно возвращались к отцу.
Гларкен Мартс закончил КМИ с отличием, и все вокруг предсказывали ему прекрасное будущее.
С Мурианой – знойной красоткой из жаркой Бартастании – он познакомился, когда работал по распределению в Циннаверрском отделении Молусизского государственного артефакторно-алхимического концерна. Бартастания, Молусизия и Аллиумия когда-то входили в состав Аллиранской империи, поэтому в этих странах говорили на одном языке – аллиранском и использовали аллиранские же меры длины и расстояний. Так что в подобном распределении не было ничего странного.
Все выпускники КМИ, получавшие во время обучения стипендию, должны были отработать в МГААК три года. С одной стороны, там молодые специалисты получали опыт работы, а с другой – их, конечно, же отправляли в отделения МГААК, не пользовавшиеся популярностью.
Гларкену еще повезло: Циннаверра всё-таки столица, пусть и несколько отстававшей по магинженерной части Бартастании, многим доставались места куда хуже. Но на то он и талантливый артефактор, чтобы его продвигали.
В подробностях историю отношений родителей Дане ни отец, ни бабушка Лилинда никогда не рассказывали. Бабушка категорически отказывалась говорить «об этой подлой негодяйке», а спрашивать у отца Дане было как-то неловко. Но за много лет по случайным обмолвкам и вскользь брошенным фразам она сумела составить о ней общее представление.
Юная Муриана Кортасон была дочерью коренного бартастанца и эмигрантки из Молусизии. Она приехала покорять столицу из небольшого поселка с незатейливым названием Песчаный, расположенного на границе Большой Бартастанской пустыни, и всеми силами стремилась там «зацепиться».
