– Да, вес ледника был таким сильным, что вдавил континентальную плиту внутрь планеты, и она до сих пор поднимается обратно. Думаю, у нас в Карелии подобная природа, но я там, когда бывал, дальше Петрозаводска не видел. Да и вообще я больше городской человек. Я, когда приехал в Хельсинки, довольно быстро купил фотоаппарат. Ходил по центру и фотографировал красивые здания…
– Старый город?
– Такое название, строго говоря, не подходит к Хельсинки. Да, Хельсинки получил права города давно, при шведах – ещё пару-тройку десятков лет, и полутысячный юбилей уже! – между прочим, он получил права города, чтобы там развивалась торговля с Россией с целью отжать часть доходов у Таллина и, наверное, у Нарвы, через которые и шла тогда торговля. Вот в Таллине действительно есть настоящий Старый город, а в Нарве был, но во время войны всё разбомбили – осталась крепость, ратуша да несколько домов. Так вот, этот проект шведский провалился, и Хельсинки совсем не развивался. Там нет никакого старого города. Была деревня на берегу с правами города. А когда в российский период Александр Первый решил перенести столицу из Турку подальше от Швеции и поближе к России, то Хельсинки начали строить с нуля и планомерно: с прямыми улицами, с какой-то задумкой – не как деревни, типа Москвы, Рима или того-же Таллина. Те ведь строились хаотично и без каких-либо планов. В самом центре Хельсинки солидные административные здания – очень напоминает Питер, что, конечно, естественно, так как Питер и был примером при планировании города. Так вот, что я сказать-то хотел! В центре очень много зданий примерно начала прошлого века, а тогда стиль Югенд или иначе Национальный романтизм был вообще в моде, а в Хельсинки особенно! Ведь это – как раз время мыслей об отделении от России, подъёма национального самосознания, и этот стиль был, что называется, ко двору, как нигде! Очень красивые! Много элементов какого-то национального колорита! Каждое здание со своей изюминкой! Голову поднимешь повыше, и вдруг! – лягушка какая-нибудь на стене! или знаменитые… рожи там такие на Александровской улице…
– Это как раз в честь Александра Первого?
– Да, улица, не рожи, конечно. Рожи такие характерные на уровне человеческого роста! Их не заметить невозможно, а ведь все туристы как раз по этой улице и проходят! А главное, все почему-то им всё пытаются сигаретку или бычок в рот всунуть!
– Вы очень воодушевлённо, с любовью об этом рассказываете! Нет?
– Да, я очень люблю архитектуру вообще и архитектуру Хельсинки в частности – я там живу.
– Как-то это контрастирует с Вашей… некоторой раздражённостью то, о чём Вы сейчас говорите.
– ……… Так любовь-то… невзаимная… вот и раздражение… Может тому, у кого шкура потолще, всё равно – любят, не любят – лишь бы масла с колбасой на хлебе было потолще… Любовь без взаимности долго не живёт. Это исключение, и не каждому это дано. Не всем, конечно, взаимность нужна – не все приезжают, оттого что любят. Кто-то, оттого что ненавидит то место, откуда приехал. Кому-то только масло с колбасой и нужно… Хотя, всё это может быть в такой узел завязано, что и концов не найдёшь… Плюсы-то, оно плюсы. Но меня на их праздник не звали – приглашение Койвисто не в счёт… Да это и не приглашение, а разрешение… И не просто не звали, а ещё каждый день присылают с курьером напоминание, что не звали…
– Что Вы имеете в виду?
– Ну, например, придёшь в библиотеку или там в книжный магазин – я уже о газетках их жёлтых и не говорю – и видишь тысячу первое воспоминание какого-нибудь героя войны, где он взахлёб рассказывает, как они браво расправлялись с захватчиками их нежной и пушистой родины. Или о том, как русские насильники и уроды потом обобрали Финляндию до нитки после их отдельно взятой оборонительной войны, никоим образом не входившей во Вторую мировую… Я употребил слова «захватчики» и «уроды», но финны употребляют слово «рюсся». Я уже говорил об этом, помнится. То есть это обозначение русских, но не нейтральное, а негативное. Есть ещё глагол «рюссиа», образованный от этого слова, который обозначает плохое, нехорошее действие, то есть что-то, сделанное плохо, то есть, по их мнению, плохо – это только по-русски. Есть ещё в профессиональном обиходе подобное выражение, которое обозначает неправильно сделанный стык двух реек. И эти слова в абсолютно свободном употреблении! Возможно, молодёжь финская даже уже и не всегда понимает изначального смысла, например, этого глагола и употребляет не с целью уколоть или обидеть русского, а просто как обозначение какого-то нехорошего, неудачного действия!.. Так что, напоминания приходят ежедневно и не в одном экземпляре. К счастью, я теперь научился сознательно избегать их газет и телевидения. Чтобы себе нервы не портить постоянно.
– А как же общение с обычными людьми?
– Ходишь на работу да в магазин, делаешь, что положено. Вот и всё общение. Угодили, как кур во щи… Что делать… Надо как-то дальше жить…
