Муравьи копошились на ее темени, жаждая высвободиться, жаждая прикосновения ногтей.
«Пожалуйста! Пускай он остановится!»
Ничего не происходило.
– Идеал, – бормотал Арчи. – Ты просто…
Комнату наполнил булькающий звук, словно у кого-то очень громко заурчало в животе. Арчи отпрянул.
– Что это было?
Ну вот, она напугала его как следует. Теперь он оставит их с Джейком в покое. Он уйдет и больше не вернется.
Однако Эми не отпускала его. Не могла отпустить. Она обхватила его руками и крепко прижала к себе – осознавая все, но больше не контролируя свое тело.
Снова бульканье.
Арчи попытался отпихнуть ее. И заорал.
Ее голова взорвалась, превратившись в распяленную, зубастую морскую звезду.
На этот раз, когда жадные челюсти сомкнулись на жертве, ее глаза были широко открыты.
Эми слила всю воду, что оставалась в трубах, в ванну и раковину. Стащив с себя окровавленное платье, она сидела в нескольких дюймах тепловатой воды, отскребая свои руки. Фонарик она положила на кафельный пол рядом с ванной, направив свет на потолок.
Кожа под мочалкой казалась содранной, ее покалывало. На руках виднелись полоски синяков. Ее ум словно бы онемел. Вода окрасилась в красный цвет.
Бедный Арчи Гейнс.
Его больше не было. Монстр позаботился о ее безопасности. Она не идеал, и у нее никогда не будет нормальной жизни. Она – чумная, и монстр, которого она носит в себе, готов драться, чтобы ее защитить.
И несмотря на то, что ей было жалко Арчи, голос в ее мозгу не мог не заметить, что парень сам напросился и получил по заслугам – за все, что они с его папашей натворили.
В дверь тихонько постучали. Эми задернула шторку и спустила воду.
– Войдите, – сказала она.
Дверь открылась.
– Эми? – голос Джейка.
– Дай мне мой халат. Он на крючке возле двери.
Она протянула руку, чтобы взять его, капая водой на пол.
– Я рада, что ты остался.
– Что ты с ним сделала?
Эми накинула халат на плечи и завязала на поясе. Потом отдернула шторку. Джейк вздрогнул от ее резкого движения.
– Я думала, ты не боишься монстров, – сказала она.
– Что ты сделала? – повторил он шепотом.
Она вылезла из ванной и взяла кружку для умывания, стоявшую на бортике. Наполнила ее чистой водой из раковины и принялась промывать слипшиеся волосы. Джейк глядел на нее дикими глазами, точь-в-точь такими же, как были у Арчи.
– Ты знаешь, что он затевал, – сказала Эми. – Так ли уж важно, что я с ним сделала?
– Я не знаю.
– Если ты хочешь знать, рада ли я тому, что произошло, – нет, не рада. То, что я ношу в себе, обладает собственным умом. Оно решило меня защитить.
– Пока что я просто жду, пока это все уляжется, – сказал он.
– Что тебе сказала мама?
– Что ты одна из них и всегда была такой.
– Нет, не одна из них, – поправила Эми. – Одна из нас.
– Одна из нас, – повторил Джейк, словно недоумевая, каким образом он сам вписывается в это уравнение.
– Ты все еще любишь меня?
– Ты знаешь, что да.
– Если нет, то можешь уходить. Я привыкла быть одна.
В ее мозгу вспыхнуло воспоминание о том, как они впервые встретились – хотя, конечно же, это не было их первой встречей. Батлеровская школа была не такой уж большой. Они росли бок о бок. Однако, учитывая, какой затворницей всегда была Эми, они никогда не разговаривали. Поэтому, когда однажды Джейк появился в школе и Салли спросила: «Ты ведь знаешь Джейка Кумбса?», для нее это было как в первый раз.
Ее сердце тогда понеслось галопом, по венам заструилось сладкое пламя. Восхитительное мучение. Весь мир расширился вместе с ней, он стал таким огромным и полным новых опьяняющих возможностей! Уже тогда, в тот первый момент, она поняла, что хочет, чтобы он принадлежал ей, – может быть, навсегда.
Она по-прежнему этого хотела. Но было необходимо, чтобы и он тоже ее хотел. Было необходимо, чтобы он сказал это.
– Ты меня любишь? – снова спросила она.
– Да, – ответил Джейк.
– Что «да»?
Он посмотрел ей прямо в глаза.
– Да, я люблю тебя, Эми Грин.
– Значит, я твоя? А ты мой?
– Да.
– Навсегда-навсегда?
– Навсегда-навсегда, – ответил Джейк, и она видела, что он говорит от сердца.
Эми протянула ему руку.
– Пойдем.
Она повела его в спальню для гостей дальше по коридору. Закрыла дверь, выключила фонарик. Маленькими шажками приблизилась, пока не услышала его дыхание.
– Ты где? – спросил в темноте Джейк.
Эми развязала кушак халата и позволила ему сползти на пол.
– Я тут, рядом.
Его рука коснулась ее обнаженного плеча и отдернулась, словно ошпаренная.
– Эми, – выдохнул он.
Ей ужасно нравилось слышать, как он произносит ее имя.
– Правда, я прекрасна?
– Ты прекрасна, – повторил он.
– Не бойся. Обещай, что никогда не станешь меня бояться.
Он снова протянул руку. Она взяла его ладонь обеими руками и положила себе на грудь. Ощутила жар его кожи напротив своего сердца.
Эми сказала:
– Я тоже тебя люблю, Джейк Кумбс.
Они обнялись, потрясенно ахнув. Его руки гладили ее тело. Этот мальчик, всегда такой нежный! Несмотря на удушающую жару в доме, она дрожала от его прикосновений. Мальчик, прикасающийся к ней, не причиняя боли; мальчик, которого она хочет, которого она любит.
