– Все хорошо. – я попыталась выдавить улыбку, но вышло видимо жутко.
– Слушай, ну просто давай не будем сейчас об этом, ладно? Дай мне время.
– Хорошо, – ответила я, и снова повернулась к окну. Наверное, никогда не будем.
Мы припарковались во дворе и поднялись в квартиру. Я переоделась в легкое платье, подошла к мужу и обняла сзади.
– Давай не будем ругаться, – сказала я, целуя его в ухо, – что ты хочешь на ужин?
– Да я пока не хочу есть, перекусил по дороге.
– Хорошо, любимый.
Ясно, я опять буду ужинать одна.
Муж улегся на кровать смотреть телевизор, а я прошла на кухню и села за стол. На глазах снова были слезы, и я почти ненавидела себя. Превратиться за несколько месяцев из нормального человека в вечно плачущий кусок тряпки – не самая приятная перемена. Все чаще, мне казалось, что муж начинает меня избегать, хотя в моем нынешнем состоянии себе я не доверяла. Нужно отпустить себя и успокоиться. Рука привычно потянулась к сигаретам на подоконнике, но я пересилила себя. Уже двадцатая неделя, все будет хорошо. Словно подтверждая мои слова, ребенок активно принялся пинать меня в живот. Я улыбнулась и встала готовить себе ужин.
Около пяти часов на кухню вошел муж.
– Как вкусно пахнет! – сказал он, садясь на стул.
– Будешь? – улыбнулась я.
– Конечно. – ответил муж.
Я положила на тарелки еду и уселась рядом с ним.
– Что там случилось на работе? – спросила я.
– Давай не будем. Как у тебя день прошел, нормально? – спросил муж жуя.
– Хорошо. – улыбнулась я ему. – Правда, истеричка одна приходила. Подошла ко мне, и как начала орать, что мы ей волосы испортили и что пучками выпадают. Мы с Настей в ужасе, вообще эту женщину впервые видели. А она вдруг стала на Настю тыкать, что это она ее вчера красила. А мы вчера не работали вообще, другая смена была. Позвонила я Юле, спросила, кто пострадавшую красил, оказалось, что Эля. Позвонила ей, Элька ответила мне раза с пятого и языком еле ворочает. Я решила, сама деньги отдам, чтобы Вита не узнала, но Настька перепугалась, что на нее свалят и без меня уже хозяйке все рассказала. Теперь Витка с позу стала, мол увольнять Элю и все. Завтра попробую с ней еще поговорить, может она остынет…
– Перестань уже за нее заступаться, – перебил муж, – ты достаточно с ней возилась. Она не ребенок.
– Я просто поговорю и все. Иначе Эля совсем сопьется без работы. А где ее терпеть будут?
– Разве это твои проблемы? Вик, мы уже говорили об этом. Человек – хозяин своей судьбы, помнишь?
Мы с мужем задумались каждый о своем и ужин доедали в тишине. Я собрала посуду и принялась мыть, а муж так и сидел за столом.
–Вик, может хватит тебе уже в салоне стоять всякой дрянью дышать? Там же краска, лак, пыль всякая. Это может плохо на ребёнке отразиться. Давай с врачом поговорим, пусть тебе больничный оформят, а Витка сама годик постоит по телефону поболтает. Там же работа плевая, делать нечего. Я ее попрошу. Все равно дома сидит, бездельем мается.
– Вита? – улыбнулась я. – Ты сам в это веришь? Она скорей на мастеров все это свесит или Юльку в несколько смен подряд ставить будет.
Я сделала чай, и мы перебрались в зал смотреть телевизор. Муж включил новости, а мне позвонила Настя.
– Викусь, я все закрыла, иду домой.
– Хорошо. У вас все в порядке?
– Ты только не переживай, нам из больницы тут звонили…
– Что случилось?
– Я работала спокойно, тут звонок на ресепшн. И так этот звонок не вовремя, я одна с клиенткой осталась, как раз краску смывали. А телефон звонит и звонит, ну я подошла, а это Эля звонит. Я злая взяла трубку, а там женский голос, спрашивает знаю ли номер с которого звонят. Короче, Элю в больницу привезли, документов при ней никаких, а на ее телефоне последний звонок с этого номера, и спрашивают меня, мол знаете ли вы кто это? Ну я с медсестричкой разговорилась, та рассказала, что Элька поддатая дорогу переходила, не знаю, куда там она смотрела, но сбил ее какой-то дедок при повороте на Ленина. Причем и у дедушки инфаркт, в больницу забрали, ну и Эльку нашу тоже. Ну и все.
– Как всё? – похолодела я. – Эля умерла??
– Та, что ей будет, алкаши обычно живучие! Все нормально. Легко отделалась, ссадины и только. Медсестра сказала, сегодня оставят на всякий случай, а завтра забрать можно, спрашивали родственников номер. Ну я твой дала, ты ж поедешь ее забирать?
– А у меня есть выбор? – горько вздохнула я.
– Да уж, такие родственнички как Элька, хуже горькой редьки. Ладно, тут Сеня подъехал за мной, ты только не переживай сильно, это ж Элька, не привыкать.
– Хорошо, Насть, пока.
Я положила трубку и задумалась. Элины выкрутасы уже в печенке сидят, но что делать? Ладно, просто отвезу ее домой и все. Как раз завтра выходной.
– Солнышко, – оторвала я мужа от просмотра, – Эля под машину попала, ничего серьезного, только ссадины, на ночь оставили в больнице. Съездим завтра, заберём ее?
– Позвони своим родителям, пусть они с ней возятся, тебе не надоело? – ответил муж. – И вообще, ты к врачу хотела завтра пойти, зачем тебе еще и это?
