Встречаться с отцом желания не было, тусить со старыми знакомыми тоже. Единственный человек, которого я хотел увидеть, – бармен Макс. С ним бы я с удовольствием поболтал. Что мне вчера взбрело в голову, я не понимал. Все эта стерва Юля, испортила праздники. Сама не отмечает и другим не дает! Она даже мертвая умудряется нагадить мне. Вместо того чтобы праздновать с друзьями, я приехал в город, который всем сердцем ненавижу. Умно, ничего не скажешь.
Я достал пачку сигарет, закурил, присел на лавочку, стоявшую около подъезда, из рюкзака вытащил помятый белый конверт с деньгами. Там была мелочь и бумажные купюры – мои последние чаевые в баре. Налички оказалось почти две тысячи, на карте – около пятерки. Вполне хватит, чтобы повеселиться в «Джо». Вот только откроется он ближе к шести вечера.
В кармане завибрировал телефон, но ответить я не успел – экран погас. Телефон разрядился, а я даже не взял с собой зарядку.
Хоть сейчас обратно в Москву поезжай.
Я поднялся с лавки и пошел в сторону остановки. Залез в автобус под номером «1» и сел возле окна. На меня накатила странная ностальгия. Было приятно проезжать по знакомым улицам. Ведь почти с каждым из этих мест связано какое-то воспоминание. Вон памятник Зое, где я катался на скейте; парк культуры, где мы с пацанами и девчонками пили пиво после школы; спортивный комплекс «Кристалл», как-то раз рядом с ним мне скины неслабо накидали за длинные волосы и узкие джинсы. Больше четырех месяцев я здесь не был, но ничего не изменилось. Да и с чего вдруг? Такие города не меняются, они медленно деградируют. Перспективная молодежь перебирается в города-миллионники, а те, кто остается, планомерно спиваются. Голые деревья придавали улицам скорбный вид. Даже снег не делал картину менее депрессивной. Водитель-шумахер выкручивал руль, пытаясь объезжать ямы и колдобины, меня кидало из стороны в сторону, но я не отрывался от окна. На билбордах висели полуоборванные рекламные плакаты с политическими лозунгами. Между многоэтажками втиснулись частные дома, стоявшие там, наверное, с позапрошлого века. Магазины, кафешки, торговые центры… Я все же ошибся, изменения были! Мы проехались по центру, и за окном я насчитал несколько новых заведений KFC и «Макдоналдс». Школьники теперь счастливы. Эх, мне бы что-то подобное в детстве! У нас вместо бургеров клали котлету на белый хлеб, а вместо хот-догов сосиску заворачивали в тесто.
Автобус доехал до конечной остановки, развернулся и заново начал свой маршрут. Я решил не выходить – здесь хотя бы печка грела. Да и водитель не был против, салон все равно оставался полупустым на протяжении всей дороги. Так я сделал еще один круг и в конце концов вышел напротив торгового центра «Фестиваль».
Здание больше походило на большой ангар, чем на торговый центр. Спасали лишь броские вывески с названиями магазинов, фастфуд-кафешек и кинотеатра. В последний я и направлялся.
На третьем этаже вдоль стены выстроились цветные плакаты – «Елки последние», «Три богатыря» и прочее российское новогоднее говно для домохозяек. Фантазия у сценаристов давно иссякла, каждый год в кинотеатрах крутят одно и то же – новогодние испражнения с неизменным сюжетом и актерским составом, лишь порядковый номер в названии увеличивается. Как такие фильмы вообще окупаются?
На одном из плакатов кричала связанная женщина. Постер, который хоть немного меня заинтересовал. Название фильма я видел впервые, стоял и бездумно рассматривал картинку. По телу пробежал неприятный озноб, который явно свидетельствовал о том, что на этот фильм лучше не ходить. Поэтому я взял билет на другое кино, купил пиво в баре, большое ведро соленого попкорна и зашел в пустой зал.
Спустя десять минут свет погас, началась реклама. Причем раньше крутили трейлеры новых фильмов, а теперь показывают «удобную мебель для вашей гостиной». Я просмотрел десятка два рекламных роликов, к заставке кинокомпании сожрал почти весь попкорн, пива тоже оставалось на донышке. Что поделать, пора бы уже привыкнуть. Откинувшись на спинку кресла, я начал просмотр самого фильма.
Фильм оказался скучным, с первых кадров я начал клевать носом, а когда открыл глаза, на экране уже шли титры.
Сильно я не расстроился и после сеанса заточил несколько бургеров в «маке», выпил стакан колы, а потом поехал на автовокзал за обратным билетом, который можно было купить только в кассе: онлайн-продажи не было. Стаканчик и трубочку из-под колы я предусмотрительно взял с собой, в ларьке купил пиво в жестяной банке, поставил ее на дно стакана, просунул в нее трубочку и накрыл сверху крышкой. Днем наша доблестная полиция более придирчива к пьющим, а эта гениальная идея, подсмотренная мною в каком-то американском фильме про подростков, всегда выручала.
